Старик сказал: «Войдите», я глубоко вздохнул и открыл дверь. Я представился как путник, желающий отдохнуть. Старик ласково приветствовал меня и даже разделил со мной свою трапезу.

Несколько часов мы говорили о всякой всячине и согласились на том, как важно человеку иметь друзей. Я почувствовал, что старик дружески ко мне расположен, я встал перед ним на колени, схватил его за руку — и тут отворилась дверь.

Неужели, наконец, друг?

Не могу описать тот ужас, какой испытали при виде меня молодые люди. Сафия выбежала за дверь, Агата упала без памяти. Феликс бросился на меня с нечеловеческой силой и оттащил от отца, за колени которого я цеплялся.

Я упал, Феликс стал колотить меня палкой. Я мог бы голыми руками разорвать его на части, но ничего я такого не сделал. Я только выбежал из домика и бежал, бежал, куда глаза глядят, пока на закате не добежал до густого леса.

Снова я был один на всем белом свете, без дома, без друзей. Ярость моя не знала границ. Душа жаждала отмщения… отмщения миру… людям… и тебе, мой создатель!

Феликс защищает своего отца.

Я шел только ночью.

Я решил во что бы то ни стало тебя найти, а из твоего блокнота я знал, что твой дом — в месте, называемом Женевой. География входила в число наук, которым Феликс обучал Сафию (и меня, сам того не зная), а потому я сообразил, что мне следует отправиться по направлению к югу.

В сердце моем кипела ненависть. Ты дал мне тело, душу и чувства, а потом выбросил на поругание миру. Я поклялся, что отомщу этому беспощадному миру и тебе!

Шел я только ночами, а. уже приближалась зима. То и дело выпадал снег, и ледяная земля холодила мне ноги. Но я шел и шел, я шел среди белой зимы. И с каждым шагом злоба моя против тебя разрасталась/

Так шел я, избегая населенных мест, я спал под открытым небом до самой весны. Достигнув границы Швейцарии, я понял, как соскучился по теплу, и теперь шел уже среди бела дня, но скрывался от людских глаз на лесных тропах.

Однажды такая тропа вывела меня к реке. Приблизясь к берегу, я услышал голоса. Я затаился за деревом, когда мимо меня пробежала девочка. Она хохотала и, кажется, с кем-то играла в прятки. И вдруг она оступилась и упала в воду.

Быстрое течете понесло ее к стремнине. Ни секунды не мешкая, я бросился в воду, и мне, с немалым трудом, удалось ее спасти. Я понес бесчувственное дитя на берег и стал приводить в сознание, как вдруг кто-то — ее отец, я решил, — вырвал ребенка у меня из рук и бросился в лес со своей ношей.

Спасение тонущего ребенка.

Я было пошел за ним, но он остановился, положил девочку на землю и наставил на меня ружье. Прицелился. Несколько раз выстрелил. Я упал, корчась от боли, обливаясь кровью, раненный в плечо. Так меня отблагодарили за то, что я спас жизнь ребенка!

Несколько недель провел я в лесу, зализывая свои раны и горя жаждой мести. Наконец я настолько окреп, что мог продолжать свой путь.

Через два месяца, перед вечером, я дошел до густого леса под Женевой. Я был голоден, я устал, и, присев под деревом, я раздумывал, как мне тебя найти и как тебе отомстить.

В этих раздумьях я почти задремал, по тут хорошенький, милый мальчик выбежал из-за деревьев и побежал прямо ко мне. Искра надежды зажглась в моем сердце. Он маленький, он ничего не знает о красоте и уродстве, быть может, он не испугается меня, как пугаются взрослые, и мы с ним станем друзьями.

Награда за доброту.

Я подбежал и схватил его за руку. Едва он меня увидел, он закрыл глаза ручками и стал кричать. Я отдернул его ручки от лица и сказал ласково:

— Не бойся, я тебя не обижу.

— Отпусти меня, страшное чудище! — крикнул он. — Отпусти меня, не то я папу своего позову! Он важный человек, он тебя накажет. Его зовут Альфонс Франкенштейн!