У детей переселенцев тесные "квартиры". А им хочется не бегать по коридору, а собраться в одном месте и в тёплой компании поболтать друг с дружкой. Пусть даже без меня… И всё равно счастливые. В сравнении-то…

Голова болит от дел, которые надо переделать. И от вопросов. И почему-то странное ощущение, что время резко ускорило свой ход. Что его всё меньше и меньше…

Перед выходом с платформы я внимательно присмотрелся к фойе. Неплохо. Сюда бы ещё татами. Усмехнулся.

Уже за рулём грузовика мысленно перебрал знакомые сказки и пришёл к выводу, что мне уже не хочется рассказывать детям Андерсена. Хочется вспомнить что-то связанное с рыцарями и драконами. Смутно так припомнил сказку про змея, обвившего город своим телом. Вроде там рыцарь ещё был… Но этих обрывков мало. Придётся вспомнить что-то другое.

Испросив разрешения Михала и Арни, который, как я понял, здесь был что-то вроде бригадира, ответственного за своих рабочих, я решил изучить и шахтовые строения, и территорию перерабатывающего завода. Что-то буквально подталкивало меня заглядывать во все закоулки-переулки этого пока маленького производства. Я как будто что-то искал, но сам себе ответить на вопрос - что именно?
– не мог.

В конце концов, во время второй загрузки я попал на глаза диспетчеру, направлявшему всю работу на шахте, парню лет двадцати пяти, русоволосому, бледному, с сонными глазами.

– Ты кто такой?
– недовольно спросил он, выйдя из своей стеклянной комнаты, загромождённой всякими вычислительными машинами. Как только он разбирался во всех этих мониторах!.. Чуть далее выяснилось, что парень не из переселенцев, а из посёлка учёных. Практикант. Он явно скучал, поэтому, немного оттаяв, после моего смиренного ответа, что я водитель, чья машина на погрузке, охотно начал отвечать на мои вопросы.

– А кем ты был раньше?
– снисходительно спросил Мэтт (на бейдже написано, сам представиться простому водиле не удосужился).

– Киллером, - якобы неловко кашлянув, сказал я.

Сначала до него не дошло, поскольку он сразу заговорил о другом, но потом - осёкся. И с минуту, наверное, молчал, насторожённо присматриваясь ко мне.

– А что у тебя с лицом?

– Это была проволочная татуировка. Мне её сняли здесь.

– Понятно, - протянул Мэтт с неожиданным для меня в голосе уважением.

Это он вдруг ко мне проникся уважением из-за чего - из-за тату или из-за моей… кхм… мирной профессии?

Со вздохом я мысленно констатировал, что плохие парни почему-то всегда в ореоле героизма. Так было в прошлом, так происходит и сейчас.

Странно, но после этого маленького диалога он внезапно расщедрился и показал всю шахту на мониторах. Как будто моя бывшая работа приблизила меня к нему и поставила на одной планке. Больше того - похвастался покадровыми видеозаписями за всё время нашей работы.

И только тогда я понял, что искал. На одной из записей был уходящий Вольф. И ворота, через которые он вышел и приблизился к машине, где его встретил Карл, я тут же узнал. Именно это я и хотел знать. Хотя бы то, в какой стороне находятся дети-призраки.

Интересно, есть ли на тамошних воротах видеокамеры, чтобы проследить направление, в котором ушла машина призраков?

Посмотрел на возбуждённого знакомством с настоящим киллером Мэтта - и "взял его на понт".

– Я слышал, в вашем посёлке есть солдаты. Камеры внешнего наблюдения, наверное, в их ведении? Ведь у тебя здесь только камеры, следящие за внутренней шахтой.

– Что ты, - опять снисходительно улыбнулся Мэтт, - всё, что связано с наблюдением, под моим контролем. Вот, например, вот и вот.

– Спасибо, - искренне сказал я.
– Мне было здесь очень интересно.

Итак, подводя итоги… На шахте самыми ценными оказались кадры с призраками. На заводе - мастерская по ремонту оборудования.

После последнего рейса, пока дожидались автобусов, я спросил Михала:

– А в наших машинах есть какие-нибудь инструменты на случай, если что-то чинить придётся?

– У тебя под сиденьем, - нисколько не удивившись моему вопросу, ответил он.

После этого я как-то немного успокоился, хотя тревога продолжала витать и в мыслях, и в настроении. Появилось даже предположение, что не дай Бог случилось что-нибудь с Лидией или с ребятишками. Будучи на взводе, сообразил, что рассказывать вечером ребятишкам. Боевой сказки не припомнил, но подумал, что им будет интересна история Тесея и Минотавра. Она и мрачновата, и героична.

Никогда не думал, что так обрадуюсь Лидии и Лоренсу. Всю дорогу Лидия тихонько рассказывала нам, что делают женщины на оранжерейных парниках. Судя по её повествованию, совсем скоро мы получим на стол и овощи, и ягоды. Потом Лоренс бубнил, что сборщикам пришлось простаивать, потому что платформа, с которой они работали, начала капризничать. Пока ремонтники разобрались, в чём дело, пока перепрограммировали её… С этими двумя мне было уютно и тепло. Захотелось рассказать им, как диспетчер среагировал на мою профессию, чтобы посмеялись, но, немного подумав, промолчал и сказал, что ничего интересного в сегодняшний рабочий день не было, разве что познакомился с производством поближе.