– Ну, это, скажем, хорошо: есть простор для фантазии, для изобретения собственной легенды. Но как быть тогда с рапортом Орлова о том, что именно наша группа обеспечивала его прикрытие при нападении итальянских парашютистов? Это же прямая связь с ним?

– И снова – нет. Я читал рапорт Орлова – он приложен был к делу, которое расследовал майор Вайнштейн, помнишь? В рапорте указано, что ему, то бишь, Орлову нужно было срочно доставить в отряд полковника Ксанти совершенно секретные сведения, содержащие данные об агентуре франкистов, работающей в отрядах геррильерос. Для охраны он вызвал из Картахены разведгруппу, настояв из соображений секретности на том, чтобы все разведчики были русскими добровольцами. То есть, исходя из его рапорта, ваша встреча и его сопровождение в отряд Ксанти – чистая случайность. А ваши данные стали ему известны потому, что с каждого из вас он взял подписку о неразглашении цели и конечного пункта поездки, а также о том, кого вы сопровождали в этой поездке. После того, как было точно установлено, что вы все погибли, якобы спасая его, он, естественно, все ваши подписки уничтожил, сохранив только данные для рапорта…

– Тогда, вроде бы, нет и причин для беспокойства? – спросил Сербин. – Получается, что все концы оборваны… Хугоса нет, Орлова нет, Ксанти вряд ли знал что-либо конкретное об операциях Орлова…

– Есть причины, Леонид… Это сам Орлов. Что если он вывалит на суд мировой общественности все, что он знает об операциях СССР за рубежом? Ты представляешь, какая бомба взорвется? Ведь он руководил практически всеми операциями за пределами Союза… С ним советовался по вопросам разведки лично товарищ Сталин…

– Подожди, Станислав, Орлов что, уже где-то обозначился? Ну, где он сейчас?

– Этого никто не знает…

– Начались аресты нашей агентуры за рубежом?

– Нет! На что ты намекаешь?

– Я думаю, Орлов, или кто он там на самом деле, заляжет на дно и будет молчать, как рыба. Если он откроет рот и начнет сдавать агентуру, сколько ему жить? Ты сам знаешь, что в этом случае его очень быстро найдут и уничтожат, как бы его не охраняли… Он достаточно опытный разведчик, чтобы тщательно замести свои следы за рубежом. Но для того, чтобы чувствовать себя в полной, понимаешь?
– в полной безопасности, он вынужден будет молчать!

– В этом, ты, пожалуй, прав! Если он начнет где-то давать показания, он вынужден будет засветиться! И тогда – жить ему считанные недели… А вот укрыться за рубежом он сможет так, что его не найдут никогда. При его-то опыте… Леонид, ты хоть сейчас-то можешь сказать, что за операцию вы провернули, коль на вас открылась такая рьяная охота. Видишь, даже Орлова, которого смело можно назвать гением советской разведки, и того готовили к ликвидации…

– Станислав, ты знаешь, я безмерно тебя уважаю! Но для твоей же безопасности будет лучше, если ты ничего не будешь об этом знать! Ведь, насколько я понял, о том, что мы делаем, знал весьма ограниченный круг лиц. И кто из них выжил? Трудно сказать… Возможно, эта тайна когда-нибудь и вскроется, но не думаю, что раньше, чем через пару десятков лет… А то и больше… Могу тебе сказать одно: в операции были задействованы в качестве подсобных рабочих шестьдесят матросов-испанцев. Которые вообще ничего не знали: что носят, куда носят, зачем носят… Сразу же после операции их всех отвели в пещеру и расстреляли. Тебе я первому рассказываю об этом... А чтобы скрыть тела и следы груза, который там находился, пещеру взорвали… Наверно, они - эти безвестные матросы и открыли расстрельный список свидетелей этой сверхсекретной операции… А Орлов должен был завершить список…

– Н-да. Должен признаться, ты меня ужаснул… Ладно, ты прав: никто не должен знать о том, что вы здесь провернули совместно с Орловым! Лучше будет, если и сам забудешь!

– Так не дают же забыть! То один, то другой начинает пытать! Забудь тут, попробуй! Я бы и рад, чтоб она, эта проклятая операция вообще из памяти стерлась… Да вот как это сделать, не знаю…

– Может быть, с исчезновением Орлова от тебя отлепятся…

– Да уж… Я думаю, наоборот: скоро следует ждать нового Вайнштейна с кучей вопросов…

– Надейся на лучшее… Ладно, пошли в лагерь. Обдумай тщательно все, что тебе стало известно. Рассмотри все варианты. Только бумаге ничего не доверяй! Опасно!