Шрифт:
— Вас назвали сообщники! —терял терпение следователь.
— Вот их и трясите! Меня где взяли? У девок. Я с ними в любовь играл.
— А рассчитывался чем? С каждой?
— Ну, это мое дело.
— Вашим оно было, пока не стал вором и убийцей!
— Ну, это туфта! Я, пусть и козел, но дело мне не приклеите! Не выйдет! С других навар трясите! С меня не обломится! Я — пустой!
— А что скажете на очной ставке?
— Да то же самое! Мало ли, кого подсунете, чтоб чью-то уголовку на меня повесить?
— Между прочим, они — ваши друзья.
— В гробу видел всех, кто засвечивает и подставляет.
— Но сторожа убили вы! Все ваши подельщики дали такие показания!
— Не выйдет. В притоне нет стремача. Там только вышибалы,— упорствовал Роман.
— Чем рассчитывались с проститутками? Откуда взяли деньги?
— Мамка дала! — огрызнулся парень.
— Где взяла, если не работает нигде?
— Она мне не отчитывается.
— Короче, утверждаете, что в налете не участвовали? Посмотрим, как заговорите на очной ставке? — потерял терпение следователь.
Но Роман устроил базар даже на очной ставке, обложив матом друзей, свалил всю вину на них, сказав, что не знает ни сторожа, ни склада, ни товара. Утверждал, будто в притоне веселился с самого обеда. Но подвела бандерша. Она не только сказала, что он пришел в полночь, но и показала видеомагнитофон, которым Ромка рассчитался за свое посещение притона. Деваться стало некуда, хотя и тогда выкручивался, врал, что бандерша его с кем-то спутала.
Срок он, конечно, получил, но минимальный, поскольку в банде были налетчики постарше. Они и сроки получили немалые, да и судимость у них была не первой, не то, что у Романа.
Тот стал совершеннолетним уже в зоне, откуда сбежал через полгода. Его долго разыскивал уголовный розыск. Роман это знал, сумел приобрести чужие документы и жил по ним почти год.
Если бы устроился на работу и не связался с ворами вновь, так бы и жил под чужим именем. Но работать он не хотел. Снова влез в банду, но уже в более жесткую, чем первая. В ней были матерые рецидивисты. Ромку они взяли охотно.
Несколько месяцев банда орудовала в провинциальных городах, громила инкассаторов. Вот так же вечером тормознули их машину на тихой, малолюдной улочке. Вынудили инкассаторов остановиться, пробив покрышки вместе с камерами несколькими выстрелами. Машина была не оборудована и остановилась. Бандиты бросились к инкассаторам в салон.
Кто мог предположить, что один из них всегда брал с собой на работу черного терьера. Он быстрее пули бросился на нападающих. Первым оказался Роман.
Ох, и досталось ему тогда. Пес вцепился в горло и всей тяжестью повис на бандите, дав возможность инкассаторам открыть ответный огонь. Двоих нападавших ранили. Одного выстрелом в голову уложили насмерть, а еще двое успели сбежать. Романа тогда еле спасли в больнице. Следы от зубов терьера так и остались на его горле. С тех пор парень больше смерти боялся собак этой породы. Он провалялся в больнице три месяца. Много раз пытался сбежать, но не повезло. Его перевезли в следственный изолятор в «воронке» и долечивали уже тюремные врачи.
Когда Ромка стал вставать, он отблагодарил доктора. Ночью залез в его кабинет, забрал все лекарства, содержащие даже малую дозу наркотиков, и бесследно исчез из изолятора.
И снова его разыскивали. Угрозыск постоянно прослушивал телефон Екатерины, ожидая, что Роман обязательно позвонит матери. Но тот и не думал звонить ей на домашний номер, он связывался с ней по мобильному, который так и не узнала милиция.
Оказавшись на воле, он снова сменил документы, убив их владельца, своего ровесника после недолгого знакомства в баре, но и они не пошли впрок.
Подвели Романа дешевки и страсть к азартным играм. Ему никак не удавалось сорвать хороший куш по- честному. А деньги, которые попадали в руки, таяли слишком быстро. Повезло ему, как он считал, когда приметили фартовые. Они-то и взяли с собой Ромку, чтоб расколоть казино. Был уговор сработать тихо, без жмуров, но клиенты казино, засидевшиеся допоздна, не захотели отслюнить добровольно, решили защищаться. Ромка отступать не умел. Он завалил троих, остальным велел лечь на пол. Сам взялся шарить в карманах убитых. Деньги, снятые с банка, показались ничтожными.
Только Роман нагнулся к толстяку, которого убил первым, что-то тяжелое ударило его по голове. Это крупье постарался. Уложил нападавшего без сознания на пол и вызвал милицию. Очнулся Роман уже в наручниках.
Он долго плел следователю, что не хотел убивать посетителей казино, мол, сделал под угрозой разборки, которую ему пообещали фартовые. Он не знал, что их не взяли менты. Те исчезли сразу, как только поняли, что самих могут перестрелять посетители казино.
Роман стал единственным виновником случившегося, и именно ему ломали ребра в милиции. Его снова судили, отправили в зону. Оттуда пытался бежать. Помешали, отправили на Диксон. И даже в том безлюдье, где человеческое жилье встречалось не чаще, чем рыба в пустыне, он вновь пытался бежать.