Шрифт:
Нет ли машины.
Парок дыхания.
Шевеление ствола.
Кусок ушанки.
Чья-нибудь татуировка вдруг мелькнёт.
Ты – по газам, и если топливо плохое, то дымом тебя укроет метров на десять.
Допустим, никого.
На первый невооружённый взгляд.
Ну, сам прикинь.
Как она сюда попала?
Рядом, кроме лесочка, никого…
Как такая женщина вдруг одинока.
То есть кто-то бросил.
Вот-вот, а кто-то вот-вот подберёт.
Такие одинокими бывают две секунды…
Ну…
Так неужели в эти две секунды у дороги именно она.
Её дорога скрестилась с твоей машиной.
Ей что?
Ей так понравился твой мерзкий малиновый «Жигуль» с заляпанным стеклом, где и лица твоего не видно?
Допустим, даже подвезти.
Допустим, даже километров сорок.
Не об этом речь.
На чём она сюда приехала?
На чистых туфельках, в чулочках…
И ни души…
А вот ты по газам ударил, не дожидаясь моих строк.
Увидел мальчиков излишне стройных и быстрых.
Хорошо, что топливо плохое.
Дым, газ и, слава богу, кто-то встречный.
Они – к нему.
Сколько раз тебя просили – выставь зажиганье.
Давай вперёд, а вот и пост ГАИ…
Как я вам рад, ребята!
Красавица не для большой дороги.
Там ползают лохматые нетрезвые и заскорузлые рабочие лошадки.
Будь осторожен, брат.
Красавица и «Жигули» – как танк и роза.
Только после победы.
У меня Олег и Игорь
Смешная женщина, очень нежная и добрая, воспитательница и музыкальный руководитель детского сада.
Светла и добра ко всем.
И этим прежде всего воспользовались мужчины.
Каждый из многих пользовался её добротой.
– Я же пришла к нему на свидание. Как же я могла не уступить, если ему очень нужно.
Я Игорю очень нужна, и я его не брошу.
Он совсем ребёнок.
Я буду с ним и с Олегом, и больше ни с кем.
Олегу пятьдесят, он самостоятельный.
Я для него – единственная радость.
Он так ждёт меня.
Что-нибудь приготовит.
Он всегда сам готовит.
Он так красиво всё сервирует.
Он так деликатен – «если можешь, приходи, я буду ждать».
А Игорь, наоборот – такой ребёнок, не знает, как чай заварить.
Я по дороге всё куплю, приготовлю ему, красиво всё украшу.
Мы садимся за стол при свечах.
А Олег, наоборот, мне всё приготовит, красиво всё украсит.
Мы за стол садимся тоже при свечах.
И там при свечах, и тут при свечах.
У Олега я учусь и Игорю передаю.
Я посмотрю, как он готовит, какая у Олега посуда, какие приборы.
И Игорю такие же покупаю.
И так же у Игоря, как у Олега, всё развешу.
Я им очень нужна.
Жениться как-то у них не получается.
Этот не может, тот не хочет.
Они оба всегда в один и тот же день звонят.
Олег мне мобильный купил, а Игорь им пользуется.
Олег мне «Дейву» купил, а Игорь её ремонтирует.
Как мужчины интересно устроены – в один день оба звонят.
Ну? Вы видели такое? Нахлынуло на них.
Ну я там чего-то одному придумываю – мол, не могу.
В общем, всегда одно и то же. И никто из них не догадается посчитать.
Я всегда знаю, у кого где что лежит.
И постепенно всё положила одинаково.
И каждый радуется, что я у него, как дома.
Я решила, я всегда буду с ним и с ним.
И больше ни с кем.
Я просто не выйду из дома.
Мне очень тяжело мужчине отказать.
Мне просто нельзя выходить.
Ну, характер такой.
Не могу отказать.
«Сложно с женщинами…»
Сложно с женщинами.
Мы шли по улице.
– Я в метро, – сказала она.
Свернула направо, поднялась по лестнице и нажала на звонок.
Ей открыли:
– Ну, наконец-то!
Это и было метро.
А я поехал вниз с помощью эскалатора.
Это было домой.
«Я уже научился. Видя старика под руку с…»
Я уже научился.
Видя старика под руку с юной девушкой, я говорю:
– Рад познакомиться с вашей женой.
– Что вы, это моя дочь!
А когда я спрашивал: «Это ваша дочь?» – из меня выворачивали куски под столом.