– Мы почти у цели, господа, - обратился Райнике к стоящим рядом полковнику и Ланге.
– До селения тукано остался десяток километров вверх по реке.

– Что-то я не нахожу ее здесь, - нахмурился капитан, разглядывая свою походную карту и вопросительно взглянул на пастора.

– И не удивительно, Рихард, - улыбнулся тот.
– Здесь вряд ли ступала нога европейца.

– Ну, что ж, в таком случае мы будем первыми, - сказал Росс.
– Вперед господа!

Теперь их путь шел вдоль поросшего мангровыми зарослями берега. Причудливо изогнутые деревья с оголенными корнями и топкая болотистая почва затрудняли движение отряда, а тысячи москитов немилосердно жалили людей.

Наконец отряд вышел на более сухое место и двинулся от реки в сторону густо поросшего лесом плоскогорья. Вскоре оттуда послышались далекие звуки барабанов, и в небо поднялась густая шапка дыма.

– Тукано обнаружили нас и подают сигналы своим соплеменникам в других селениях, - сказал Райнике.

– А вот и они, - пробормотал, вглядываясь в бинокль Ланге. - Кранк, - обернулся он к бородатому фельдфебелю, - прикажите вашим парням приготовить оружие.

– Слушаюсь, - ответил тот, и солдаты передернули затворы.

– Только не вздумайте открывать огонь Рихард, - предупредил капитана Райнике, -вы все испортите.

В это время шедший впереди Акарая остановился, поднял вверх руку и издал пронзительный крик. Из джунглей донесся ответный, и вскоре на поляну, где находился отряд, высыпал десяток вооруженных индейцев.

В отличие от высоких и стройных гуарани, они были низкорослыми, более смуглыми и вооружены духовыми метательными трубками и дубинками. Один из индейцев подошел к вождю гуарани и что-то гортанно произнес. Акарая гордо выпрямился и, сопровождая свою речь жестами, вступил с ним в переговоры. Райнике тоже принял участие в беседе и, судя по дальнейшему поведению тукано, они благожелательно восприняли появление непрошенных гостей.

 В результате, через несколько минут те, сопровождаемые хозяевами, последовали дальше.

– Насколько я вижу, святой отец, вы достаточно свободно изъясняетесь и на языке тукано? - удивился Росс.

– Наречия проживающих в сельве племен достаточно схожи, и поэтому общение с ними у меня не вызывает особого труда, - ответил Райнике.

Вскоре вся группа вошла под своды высокого леса, в глубине которого, на обширной, очищенной от деревьев поляне, стояли несколько хижин, построенных из бамбука и крытых пальмовыми листьями. За ними виднелась роща персиковых пальм и несколько возделанных участков земли, на которых росли бататы, ямс и маниок.

У самого большого, возведенного в центре строения, стояла, живо переговариваясь и жестикулируя, толпа мужчин, женщин и детей, а на его обширной террасе, на циновках, невозмутимо сидели несколько старейшин в головных уборах из перьев.

Когда группа европейцев, сопровождаемая встретившими их воинами, приблизилась к террасе и остановилась, один из них, с висящим на груди ожерельем из бисера встал, спустился на землю и, подойдя к Акарае, обменялся с ним приветствиями. Затем вождя гуарани, пастора, Росса и Ланге, пригласили на террасу, а фельдфебеля с солдатами сопроводили в соседнюю хижину.

По знаку вождя тукано, которого звали Кумару, гостей угостили прохладным напитком из сока асаи. Вслед за этим, по просьбе пастора, Ланге извлек из одного из вьюков, которые несли индейцы, два винчестера и положил их перед старейшинами.

При виде новеньких винтовок те оживились, зацокали языками и стали оживленно переговариваться. Подношение им явно понравилось.

Взяв один винчестер в руки и любовно его осмотрев, Кумару разразился целой тирадой в адрес сидящих перед ними гостей.

Внимательно выслушав вождя, Акарая сообщил тому, что эти подарки принадлежат его друзьям, белым людям и им требуется помощь тукано.

– Что ж, - согласился Кумару, - если это твои друзья, мы готовы их выслушать.

После этого в беседу включился пастор, рассказав о цели своего визита.

Вождь тукано переглянулся со старейшинами и те отрицательно покачали головами.

– Мне очень жаль, - сказал Кумару, - но это невозможно. Весь запас кураре мы использовали на последней охоте.