– Мне стоит на него взглянуть, - заявил Росс и, выйдя из дома, разведчики направились по узкой тропинке, ведущей через сад, в дальний конец усадьбы.

Там, в ограде, имелась вторая, запертая на засов калитка, открыв которую они оказались на пустыре. Это было обширное, поросшее редкими деревьями и кустарником поле, спускающееся к заброшенной каменоломне, зияющей темными отверстиями нескольких, полуразрушенных штолен.

– В них можно устроить отличный тайник, - сказал Росс.

– Я тоже подумал об этом, когда осматривал виллу и ее окрестности, - вставил Леер.

– И подходы отличные, - продолжал полковник.
– Место отвечает всем требованиям конспирации и как нельзя лучше подходит для радиосеансов. А у кого вы купили эту виллу?

– У иранского еврея, он уезжает в Палестину.

– Ну что же, группу можно принимать. Поручим это дело Шульце.

– У радистов есть документы прикрытия? - поинтересовался атташе.

– Да. Парни прибудут сюда якобы из Дании, по линии Международного Красного креста. Появляться в городе им категорически запрещено, и контакты с группой будем осуществлять через людей Майера, посредством тайниковой связи. Тайник мы оборудуем в штольне…

Темной августовской ночью 1943 года, в небе над провинцией Кума плыл трехмоторный «юнкерс».

Он шел с выключенными огнями на большой высоте. В пустынном районе над озером Намак, самолет заметил горящие внизу костры и чуть снизился. В то же мгновение, из его бомболюка, один за другим, в бездну сорвались несколько смутных фигур. Чуть спустя, над ними раскрылись купола парашютов и исчезли во мраке.

Радисты, а это были они, приземлились в освещенном кострами пространстве, быстро отстегнули парашюты и, передернув затворы автоматов, настороженно озирались. А к ним уже, мягко ступая по песку, спешили, какие-то люди.

– Самум! - гортанно прокричал первый из них.

– Тор! - послышалось в ответ, и обе группы встретились.

– Кто у вас старший? - спросил один из парашютистов на фарси.

– Я, господин, - последовал ответ одетого в шерстяной бурнус длинноволосого человека со шмайсером на плече.

– Как тебя зовут?

– Арман, - приложил иранец руку к груди.
– А в палатке вас ждет мулло Джафар.

– Отлично, - похлопал гость длинноволосого по плечу.
– Прикажи своим людям собрать парашюты и груз, а сам веди нас к мулле. Рострок, - проследите за этим, - бросил он низкорослому крепышу.

Отдав необходимое распоряжение, Арман пригласил парашютистов следовать за собой, и через несколько минут они подошли к полуразрушенному мазару, рядом с которым были привязаны несколько лошадей и верблюдов.

– Прошу вас, - открыл скрипучую дверь Арман. За ней, помешивая в очаге жарко пылающий саксаул, сидел на кошме Шульце.

– Проходите господа. С благополучным прибытием, - приветствовал он вошедших по-немецки и, встав, поочередно пожал им руки. - Кто из вас главный?

– Я, - ответил говоривший с Арманом. - Старший группы - штурмбанфюрер Мерц.

– Пусть ваши люди немного обогреются и отдохнут, - сказал Шульце. -А затем мы погрузим все снаряжение на верблюдов и отправимся на базу.

– С удовольствием, - ответил Мерц и приказал всем снять снаряжение.

– Вы впервые на Востоке? - поинтересовался Шульце, пригласив его к огню.

– Нет, - ответил Мерц, усаживаясь на кошму.
– Но отвык от холодных ночей в пустыне.

– Это не страшно, - рассмеялся майор.
– Привыкнете. А что нового в Берлине?

– Все хорошо, хотя участились налеты вражеской авиации.

– Ничего, я думаю это временно, - нахмурился Шульце.

– Безусловно, - согласился Мерц.

 Скрипнула дверь, и на пороге появился Рострок.

– Господин штурмбанфюрер, груз и снаряжение собраны, - доложил он.

– Как контейнер с панцерфаустами? - поинтересовался Мерц.

– Он в полной сохранности.

Еще через час, вьючный караван, сопровождаемый молчаливыми всадниками, направился в сторону Кума.

А через пару дней, на пустовавшей вилле в пригороде Рей, поселились шестеро датчан. Они приехали ночью, на потрепанном грузовике с брезентовым верхом, тихо выгрузили из него вещи и отпустили машину. Это была группа Мерца.