Наташа тут же бросилась на поиски оных, заглядывая за картины, прощупывая матрас и ковыряясь в цветочных горшках. Повезло ей довольно быстро. За картиной с несколько примитивистским морским пейзажем обнаружились приклеенные скотчем другие документы, уже на имя Ингрид Аасмяэ, норвежки.

– А второй муж у нее норвежец… - Она оценивающе оглядела беспорядок в номере, причиной которого сама же явилась.
– Здесь должно быть что-то еще…

– Что?
– Закончив осмотр балкона, Роберт перебрался в ванную.

– Фотография Ракова в обнимку с твоей Соней и с надписью "Леня + Соня = любовь".
– По мнению Наташи, двух комплектов документов еще не было достаточно, чтобы убедиться, что Соня действительно послана Раковым.

– А вот и фотография, только на ней другая парочка.
– Роберт извлек из-за шкафчика в ванной небольшой снимок, заламинированный в плотный полиэтилен.
– Какая предусмотрительность - боялась подмочить, бедняжка.

– Так кто там?
– Наташа примчалась в ванную, оставив в покое столик, ножки которого упорно не желали отвинчиваться.

– Догадайся с трех раз.

– Мадонна с младенцем, нет, дама с собачкой, - сострила она, вырывая снимок из рук Роберта.

Они были сняты метров с десяти, но лица видны четко. Сидят на спальных мешках на полу, лицо Наташи в полупрофиль, зато Роберт прямо хоть на доску почета или на стенд "Их разыскивает милиция".

– Какая я тут уродина, - Наташа придирчиво рассматривала фотографию, - в следующий раз потребую зеркало в камеру.

– А ты надеешься, что будет следующий раз?

– Сплюнь и постучи по дереву!

– А вот еще один наполнитель для коктейля.
– Роберт увидел на полочке маленький пузырек, скромно притаившийся среди разнообразных бутылочек, флакончиков и тюбиков с лосьонами, бальзамами и кремами.
– Барбитал-натрий изумительное снотворное, только ей оно больше уже не понадобится.

Роберт спрятал фотографию и пузырек в карман.

– Итак, он всемогущ и вездесущ…

– Интересно, сколько он заплатил за наши головы? Может, стоило перекупить ее за его же деньги и бумерангом отправить обратно?

– Кончай фантазировать, пора убираться отсюда, к утру она всплывет, и тогда тут такое начнется…

– Ой ли, обычный несчастный случай, да и репутация отеля пострадает, если тут начнет вертеться полиция, так что скорее всего замнут для ясности.
– Наташе ужасно не хотелось прерывать отдых, но наверняка она и сама понимала, что Раков не оставит их в покое, а бороться с ним лучше все-таки дома, там, как говорится, и стены помогают.

Они постарались вернуть номеру первозданный вид и через час покинули гостеприимный отель, утопив ключ от номера Сони в той же бухте, где обрела вечный покой его хозяйка.

Роберт Ненашев. 9 апреля

Москва встретила их необычной для начала апреля жарой, температура была не ниже, чем на Балеарах. Роберт всматривался в лица толпящихся в зале людей, опасаясь встретить знакомые по белорусской эпопее физиономии. Но вместо обвешанных оружием боевиков ему на глаза попался тихий и незаметный таможенник с большой коричневой родинкой на правой щеке.

Загадку исчезновения отца Роберт так и не разрешил, а в последнее время мысли его были всецело заняты персоной Ракова и его коварными планами. И вот совершенно неожиданно решение задачи оказалось перед ним, как говорится, на блюдечке с голубой каемочкой. Все вдруг встало на свои места.

Роберт понял, что же произошло на самом деле.

Игорь все знает. Именно Игорь передал таможеннику черный "дипломат". И теперь уже никаких сомнений быть не может: в "дипломате" было то, что отец покупал в Штатах. Значит, есть два варианта: первый - отец жив, и Игорь продолжает на него работать, второй - Игорь его продал и тайно работает или на Штангиста, или на Гагуа.

И что в свете этого делать?

В первую очередь вести себя максимально осторожно. Просто поговорить с ним наверняка не получится. Если Игорь сволочь (а верить в это не хочется), то можно крупно подставиться, а если он дал слово отцу молчать, то все равно ничего не скажет. Возвращаться к Игорю на квартиру Роберт посчитал опасным, тем более что Наташа пригласила его к себе.

Нужно еще нанести традиционный визит Грязнову, подумал Роберт.

Денис Грязнов. 9 апреля

– Я вспомнила!
– заявила Танечка Щукина Денису по телефону.
– Приезжайте, я все вспомнила.

На то, чтобы выяснить, что именно она вспомнила, Денису понадобилось довольно много времени и колоссальный запас терпения. Оказывается, вспомнила Танечка, куда ехал Ненашев 10 марта, в тот день, когда пропал.

Естественно, Денис помчался в ненашевский офис, где застал секретаршу уже на чемоданах.