– Эт-т можно, а деньжата есть? У нас тут недешево…

– Есть маленько… - Денис показал старику пачку долларов.

– Ну, раз так, милости прошу, звать меня Петрович, я тутачки вроде начальника.
– Старик повернулся к гостям спиной и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

Подойдя к двери одной из комнат, он достал из кармана потертых штанов ключи, выбрал нужный и еще раз с сомнением посмотрел на постояльцев, но, так ничего больше и не потребовав, распахнул дверь:

– Заселяйтесь, господа хорошие, Глашка вечерком придет, так что с хавкой терпите.

– Дед, ты че? В один номер - троих, у тебя ж полно пустых!
– возмутился Денис.

– Ишь какой наблюдательный! Пустые, сейчас пустые - потом не пустые.
– Петрович многозначительно закатил глаза и вздохнул.

– А мы тебе деньжат подкинем, - продолжал уговаривать Денис.
– Ну, найди нам еще пару номерочков, подумай, как мы в одном будем?

– А по мне, хоть кодла, хоть фраер - все одинаково. А не хотите, так и не надо, я никого не держу.

Пришлось смириться.

– Эй, есть кто живой?
– раздался с первого этажа голос Николая.

– Это Коля, я схожу позову, - успокоил встрепенувшегося Петровича Роберт и вышел на лестницу.

– Ладно, Петрович, один так один, но премию не получишь.
– Денис бросил сумку на кровать. Старик пожал плечами и вышел, не забыв с подозрением оглядеть и Щербака.

– Что скажешь, Роберт?
– Денис упал в кресло.

– Ничего не скажу, а что значит "хавать"?

– "Хавать", фраерок ты непутевый, - это ни есть и ни жрать, хавать - это хавать, - доходчиво объяснил Николай, доставая из сумки пиво.

– Раз ты такой специалист в русском языке и его наречиях, иди наводи мосты с аборигенами, - распорядился Денис и закрыл глаза.

– Мог бы и не говорить, сам знаю, кстати, домишко недавно ремонтировали - фундамент подливали, там куски опалубки сохранились.
– Николай вышел, и тут же раздалось на весь коттедж: - Петрович, а Петрович! Эй, человек…

– …почки два раза царице!
– закончил Роберт.

– А пребывание в России пошло тебе на пользу, - с усмешкой заметил Денис.

Щербак нашел Петровича в маленькой комнатушке возле входной двери.

– Ты чего орешь, как опущенный?
– Петрович сидел на табуретке около старенького стола, на котором чернел допотопный телефон, шумно прихлебывал чай и листал газету. Еще в комнатушке была старенькая кровать на пружинах и черно-белый телевизор, стоявший на второй табуретке, в углу - покосившийся шкаф.
– Че надо?

– Давай-ка пивка за знакомство хлебнем.

– Да где это видно было, что б за знакомство пивко пили?
– Старик хитро зыркнул поверх очков.

– Извиняй, дед, беленькую выпили, вот прикупим, тогда и по-людски.
– Николай протянул Петровичу бутылку пива.
– А что, Петрович, охота у тебя есть?

– А то как же!
– Глаза старика заблестели: "Попал пенсионер".
– Охоты здесь знатные, да ты ж вроде не охотник?

– Не охотник, а по чем видно?

– А ружьишко где? Небось дома забыл…

– В самое яблочко, Петрович, без ружьишка я, да и охотиться не собирался. Выехал друзьям природу показать, так сказать, вот они как раз не охотники. А я вообще-то это дело люблю, только за делами не часто получается.

– Знаю я вас таких. Частенько наведываетесь. Ружьишки дорогие, а охотитесь только на бутылки, давеча вот приезжали… - Петрович осекся, и Николай решил вернуться к охоте чуть позже - пусть расслабится старик.

Выйдя через два с четвертью часа, Щербак чувствовал, как потяжелел багаж его знаний о местной флоре и фауне. В холле он уселся в кресло и открыл журнал, лениво пролистывая, разглядывал обстановочку. На стене, рядом с пыльными лосиными рогами, след свежей краски. Подойдя поближе и присмотревшись, Щербак разглядел две небольшие вмятины в штукатурке - "чопики на пьяную голову забивали". Не обнаружив более ничего заслуживающего внимания, он вернулся в номер:

– Вставай, шеф, солнце уже высоко и плантации ждут своих рабов.

– Отстань!
– Денис дремал, прямо в ботинках завалившись на кровать.

– Скат, у нас пиво осталось?
– крикнул Николай Роберту, принимавшему душ.

– Товарищ Щербак, настоятельно рекомендую оставить вашего любимого начальника в покое, он баиньки хочет… - Денис перевернулся на другой бок и накрыл голову подушкой.

Товарищ Щербак уселся на кровать рядом с Денисом:

– В холле на стене предположительно следы от пуль. Кто-то стрелял, однако.