Фантик вздохнул, поглядел на узкий лаз.

— Ваше величество соизволит шевелить веслами? — подтолкнул его Викинг. — Давай-давай, блин, лезь уже!

— Никак не могу отделаться от мысли…

— Какой еще, блин, мысли?

— Про кроличью нору, — опасливо заглядывая в проход, произнес Фантик. — Помнишь сказку про Винни Пуха?

— А ведь счастье было так близко, — жалобно всхлипнул Эльф, отрешенно вороша ногой пыль. — Боль, разлука, страдания. Где ты, мой первый настоящий друг Томми?

— Шухер! — Киборг точным выстрелом разнес гигантский булыжник, чуть не размазавший по полу бобра. Раскаленные брызги полетели во все стороны. — Уходим.

Фантик выдохнул и решительно ломанулся в лаз.

Степану еще ни разу не доводилось видеть настоящую лаву. Стены огромного грота были рдяными от жара, с высокого потолка сыпалось крошево горной породы, а по обе стороны каменистой тропы, по которой бежали братья, раскинулось пепельно-багряное море с рваными желтыми вкраплениями.

От лавы исходил страшный жар, и любое неосторожное движение могло привести к трагическим последствиям. Степан старался не задерживаться, но двигался расчетливо, выверяя каждый следующий шаг.

— Меня что-то в пот бросило и на измену прошибло, — сказал Маг, сбавляя темп.

— Всем страшно, — обронил Фантик. — Я чуть в том проходе не застрял.

Шу остановился, рухнул на колени и начал яростно целовать запорошенные серым пеплом камни.

— Помогите, — забормотал он. — Я схожу с ума… И тошнит.

Кулио отвесил Магу подзатыльник. Проворчал:

— Что, в тепле развезло?

— Малость, — признался тот. — Кажется, я не могу идти дальше. Бросай меня, командир…

— Ну-ка подъем! — прикрикнул Кулио, облизнув сухие губы.

Тропа была узкой. Слева и справа жарило нещадно, поэтому обойти стенающего во главе колонны Шу оказалось невозможным. Образовался затор.

— О себе только думаешь! — проорал Куклюмбер, резво прыгая к морально упавшему Магу. — Не чудовищ-каннибалов бояться надо, а вот таких несознательных граждан, стопорящих движение масс по пути развития. И эволюцию в целом!

— Тебе-то чего бояться, чернокнижник? — поддакнул Бюргер. — Ты ж типа Кащея Бессмертного — тебе эта раскаленная лава должна до фонаря быть!

— В яйце твоя сила, брат, — не к месту сострил Маньякюр.

— Не сила, блин, у него там, а мозги, — нахмурился Викинг и сунул в лаву кончик дрына. Чуть не спалил любимое оружие и поднял голову вверх, чтобы изрыгнуть проклятие… Да так и застыл с задранной башкой, придерживая рукой шлем на затылке.

По гроту разнесся густой скрежещущий звук, похожий на скрип тысячи несмазанных дверей. Теперь уже все запрокинули головы, чтобы увидеть, как сверху из мрака посыпались серые тела.

Сотни отвратительных созданий с клекотом сорвались с потолка и упали вниз, хлопая крыльями и в последний момент выруливая из пике, чтобы не сгореть в лаве. Когти, перепонки, зубастые пасти замелькали там и тут, заставив Степана опуститься на колени, прижаться к теплому камню.

— Ну приехали! — запричитал Маг с новой силой. — Это ж дикие горгульи… Эй-эй, не теребите мою косуху, а то искры за пазуху летят! Ёшкин бабай! Такие же придурочные, как наша карга!

— Наша — вполне порядочная женщина, просто одинокая… — начал Кулио, но тут одна из крупных горгулий вцепилась когтями ему в волосы, расправила кожистые крылья и попыталась свернуть шею. — Э, мымра, ты чего творишь! Пусти!

Самурай прицелился и метнул в нападающую саблю. Горгулья словила рукояткой по сопатке, захлопала крыльями, с квохтаньем взмыла к потолку.

— Правда, дикие, — признал Кулио, приглаживая растрепанную прическу.

Степан ползком начал продвигаться вперед, резонно прикинув, что оставаться на месте — значит давать противнику шанс нанести точный удар.

— Ой-ой! — завопил Эльф, чуть не угодив в плеснувшую на тропу лаву.

Киборг помог коротышке перебраться через огненный ручей.

— Поберегись! — гаркнул Маньякюр, ухитрившись взобраться на одно из крылатых созданий.

Оседланная горгулья с бешеной скоростью носилась по гроту и клекотала, пытаясь сбросить с себя размахивающего шпагой морского волка. От мельтешащего лезвия едва успевали уворачиваться остальные серые твари.

Бюргер подскочил к Лажатэль с Обломистой и взмолился:

— Помогите, барышни! Что ж вы стоите стоймя! Сами же говорили, что Братство раньше среды не ждут, а нас хотят штабелями к вам в офис внести! С парадного, между прочим, входа!