Вот уже около пятнадцати минут Ершов сидел в гордом одиночестве (если не считать преданного телохранителя Трофима) и изучал рисунок на китайской ширме. На ней был изображен, насколько понимал Ершов, вишневый сад. Сакуры роняли свои прекрасные белые цветы на гуляющую по саду японку. «Или китаянку, хрен их разберет!» Батурин постоянно опаздывал. И это всегда бесило Ершова. Но сегодня он готов был ждать Батурина хоть целую вечность, лишь бы тот только пришел и согласился дать ему денег.

— Трофим, ты как думаешь, это японка или китаянка? — спросил Ершов своего телохранителя, указывая на ширму.

Трофим покосился на рисунок.

— А вам как хочется? — ответил Трофим густым басом.

— Молодец, — похвалил его Ершов.

Ширмочка отворилась, и в проходе показался Батурин. Он был в спортивном костюме, выглядел бодро и широко улыбался. Ершов встал и подал ему руку для пожатия. Поздоровались. Батурин уселся напротив Ершова. А рядом с Трофимом встал огромный парень по кличке Большой Билл, телохранитель Батурина.

— Только что из спортзала? — поинтересовался Ершов.

— Да. Играли с коллегами в теннис.

— Кто выиграл?

— Обижаешь такими вопросами. Мы, конечно. А ты чего не ешь ничего? — Батурин изучал принесенное меню.

— Что-то желудок пошаливает. Я вот минералочки лучше…

— А-а! А я жрать хочу, как боров!

— Я, кстати, заказал для тебя твои любимые суши.

Батурин покосился на Ершова.

— Серьезно? Гляди, какой предусмотрительный! С чего бы это?

Ершов слегка покраснел.

— Я одними сушами не наемся. Так, Билл, тащи сюда узкоглазого.

Вскоре подошел светящийся улыбкой лысый китаец и стал записывать заказ Батурина.

— Значит, так, — диктовал тот. — Суп «ахьяко», обжаренные королевские креветки, дим, гинг и грасс… Так, что еще… Давайте еще утку по-пекински. Так… И чего-нибудь на десерт… Во, яблочный тартатан с мороженым капуччино. Ну и суши мне уже заказали.

Китаец с улыбкой поклонился и побежал выполнять заказ.

— Эй, и побыстрее там! Жрать хочу! — крикнул ему вслед Батурин.

Ершову стало почему-то нехорошо, когда он представил, как Батурин все это будет поедать.

— Или маловато заказал? — задумчиво произнес Батурин. — Ну ладно. Если что, еще потом чего-нибудь закажу.

Ершов чуть не поперхнулся.

— Как дела-то? — спросил Батурин.

— Дела? Плоховато дела идут. Опрос не в мою пользу. Я, собственно, для этого с тобой и встречаюсь. Понимаешь…

Но Батурин его не слушал. Ему только что внесли первое блюдо, горячий суп. И тот наслаждался его ароматом.

— Слушай, ты зря не заказал этот супчик, — перебил его Батурин. — Это просто сказка! Я такого вкусного еще не ел в своей жизни!

— Ты просто голоден, — ответил ему Ершов.

— Да нет! Ты только попробуй!

— Пробовал я! По мне, так борщ обыкновенный в тысячу раз вкуснее.

— Ну тебя! Ты не понимаешь изысков восточной кухни!

— Уж куда мне!

— О! Я знаю, что я забыл заказать! У них же, видишь, сейчас новая фишка! Они решили сочетать восточную и латиноамериканскую кухню! Эх, надо было бурритос заказать. Ты пробовал?

— По-моему, на шаурму похоже.

— Вот все ты эквиваленты ищешь. Ничем тебя не удивишь!

— Удивишь!

— Да?

— Вообще-то я пришел с тобой о деле поговорить…

Внесли следующее блюдо, и Батурин занялся им.

— Я тебя внимательно слушаю, — проговорил он набитым ртом.

— У меня серьезные проблемы… С выборами…

— Голосов не хватает?

— Это мягко сказано… В общем…

— В общем, тебе нужны деньги…

— Да.

— Эх, деньги, деньги! Деньги всем нужны!

— Да, деньги, и большие…

— Ух ты! Даже так?!

— Ага.

— А большие, это какие?

Ершов вынул из сумки бумажку, на которой Балаш написал ему нужную сумму, и отдал Батурину.

— Ого! — тот присвистнул. — Ты собираешься скупить весь город?

— Мне обещали, что за эти деньги сделают все возможное, чтобы я прошел в губернаторы.

— Это кто же тебе обещал? Это твой пиарщик, что ли, проходимец!

Ершов молчал. Батурин играл у него на нервах.

— Господин Ершов, а ты не пробовал избираться честными путями? Помогать, скажем, пенсионерам и малоимущим… Город обустраивать? Всякие там гуманитарные помощи… Жилищные условия улучшать?

— Делаю, делаю. Я все это делаю.