Максимилиан поднял на жену удивлённый взгляд, требуя объяснить, что она имеет в виду.

– Я не хочу, чтобы кто-то знал, что я проходила обучение в подобном лагере. Я расскажу всё что знаю, но это будет не как от участника, а как от смотрителя.

– Хорошо. Иди, сядь, - уже громко приказал он и указал рукой на стул рядом с собой.

– Лина, это Фирей, он мой главный советник по военному обучению солдат. Расскажи ему кратко основы воспитания в военном лагере, о котором ты мне рассказывала.

Девушка задумалась. Вспоминать то время ей совсем не хотелось, тот мир казался ей чужим, а годы, прожитые там, сном, кошмаром. Да и скорей всего в том лагере было не так много от настоящего спартанского воспитания... Решила взять за основу систему своего лагеря, и сдобрить её легендами, которыми них так щедро кормили воспитатели.

– Если совсем кратко, то в этих лагерях воспитывали солдат, в полном смысле этого слова. В молодых мальчиках с детства воспитывали презрение к роскоши, послушание, выносливость, физическую силу и смелость. Сурово и жёстко.

– А чем отличается этот лагерь от нашего Гимнасия?
– спросил Фирей, скептически смотря на Лину, и ей захотелось кинуть в него нож.

– А тем, что там воспитывают настоящих воинов, сильных и жестоких, а не гомосексуалистов! И выживают после такого обучения далеко не все!
– сказала она громче, чем следовало бы, и глубоко вздохнула, справляясь с волной гнева. Вспомнив свой поход в Гимнасий и голых мальчиков, прыгающих среди красивых фонтанов и фресок, Лина не смогла сдержать ярости. Как он мог сравнивать?

– Максимилиан, ты сказал, что у меня есть два дня, и я хотела бы подготовиться. Или ты сейчас хочешь услышать от меня детали этого обучения?

– Нет, у тебя есть время. Фирей поедет в Спарту с нами, и вместе со всеми ознакомится с твоим предложением.

– Со всеми? И много кто там будет?

– Лина. Можешь идти, - сказал Максимилиан и поднял тёмные, как грозовое небо, глаза, давая понять, что обсуждать это не намерен.

"Ну и ладно", - подумала Лина, встала и, проходя мимо, нежно коснулась плеча мужа.

– Как скажешь, мой полководец.

Она вышла из дворца и глубоко вздохнула, наслаждаясь прекрасным днём. Небо было необычайно синим и ясным, а воздух лёгким, свежим. Середина зимы радовала тёплыми днями, относительно конечно. Без тёплого плаща и мягких кожаных сапожек находиться на улице было довольно холодно, но солнышко всё равно было тёплым и ласковым, что не могло не радовать.

"Думать сейчас о военном лагере ей не хотелось. Потом, завтра днём, сяду и решу, что и как рассказывать, - решила Лина. Благо была возможность потренироваться на лекциях с солдатами, так что от вида толпы в обморок не упаду". С этой мыслью девушка вышла на дворцовую площадь. Хотелось пройтись по городу.

С тех пор, как они с Максимилианом стали мужем и женой, Лина очень редко стала выходить за дворцовые ворота. Её узнавали. Всегда. Не зависимо от того что на ней одето. И всё время казалось, что за спиной перешёптываются, показывают пальцем, осуждают. Она уже давно поняла, что обсуждать это с кем бы то ни было, гиблое дело, все считают её мысли и опасения глупыми предрассудками, и в один голос говорили, что народ её любит, так же сильно как и царя. Но коварные сомнения всё время закрадывались в мысли.

На площади появился Тигран и уверенным шагом направился к девушке, чему-то довольно улыбаясь.

– Лина, пошли в город, я хочу, чтобы ты кое-что увидела.

– Пошли, только я сейчас переоденусь, - обрадовалась она такому своевременному предложению. Прогуляться в Афины, это то, что было нужно, как будто мысли прочитал. Только нужно было сменить белый плащ.

– Не надо, - сказал он, подозвал стоявших в стороне солдат. Они быстро подбежали и привели лошадей, явно приготовленных заранее. Среди них Лина увидела породистую лошадку белого цвета, подаренную ей Максимилианом.

– Тигр, что ты мне хочешь показать?
– насторожилась она, вдруг поняв, что предложение погулять было не основным, и Тигран явно что-то задумал. И этому чему-то он сильно радовался.

– Увидишь, - многообещающе ответил он.

Пожав плечами, Лина села на свою лошадь и, расправив плащ, поскакала за Тиграном.

Они проехали по дороге, на удивление пустынной, и свернули на главную площадь - Агору, где собралось очень много народу. "Ого..." - изумлённо подумала девушка, смотря на людское море. Наверно весь город вышел сюда.