Шрифт:
Маттис сел. В руках Ёргена скобель летал сразу по всему бревну. Одна навязчивая мысль, словно жужжание мухи, преследовала Маттиса: зачем я здесь?
– Зачем я здесь? — спросил он вслух.
– Чтобы учиться,— ответил Ёрген.
– Для чего?
– Быть лесорубом не так уж плохо.
Больше Ёрген не стал ничего объяснять. Маттис думал: это из-за того, что они хотят уехать.
– Ты и в грозу меня вытащил.
– Да. И ты вел себя молодцом. А сейчас давай малость поедим и передохнем.
Он протянул Маттису хлеб.
– Я не об этом...
– Знаю. Ты ешь. Небось всю жизнь недоедал.
Хоть и куцая, но все-таки со стороны Ёргена это была дружба, однако Маттис не был склонен ее принимать.
– Что у тебя на уме? Зачем ты привел меня сюда?
Ёрген медленно жевал хлеб.
– Злого умысла у меня, во всяком случае, нет,— сказал он.— Можешь не сомневаться.
Доев наконец кусок, он снова открыл рот.
– Никак не придумаем, что нам делать,— сказал он и вдруг посмотрел Маттису прямо в глаза.
– Со мной? — с неожиданной прозорливостью спросил Маттис.
– Да.
Сильный лесоруб ел завтрак, который ему приготовила Хеге, лицо у него было доброе. Маттис не боялся Ёргена, просто его страшило то неизвестное, которое этот Ёрген знал, но не хотел ему открыть.
– Мы потом поговорим об этом,— сказал Ёрген.— А сейчас тебе надо учиться владеть топором. Тогда ты сможешь зарабатывать деньги и станешь самостоятельным.
– Я и так самостоятельный! — вырвалось у Маттиса.
– Да, но все-таки лучше, когда человек может обходиться без посторонней помощи,— сказал Ёрген со свойственной ему добродушной черствостью.
Все эти дни Маттис был настороже и потому теперь сразу понял: его хотят бросить.
– Я не буду учиться! — заявил он.
– Надо! — сказал Ёрген тем же тоном, каким говорил с ним, когда велел ему выйти под молнии.
Маттис вынужден был подчиниться. И вдруг ему пришла в голову блестящая мысль, за которую он с радостью ухватился:
– Можно я схожу домой?
Ёрген, который уже отвернулся, только пожал плечами, но Маттису этого было достаточно.
Новый план озарил Маттиса как молния, и осуществить его следовало немедленно.
– Сейчас глупый ты, а не я! — сказал Маттис Ёргену.
И убежал.
36
Хеге увидела брата, бегущего к дому. Она выронила все, что держала в руках, и бросилась к нему навстречу, с крыльца, за калитку, на тропинку, петляющую среди заросших вереском кочек.
– Его зашибло?
– Кого?
– Как кого?
– Нет, он там рубит — так, что только щепки летят.
– Слава богу, что все в порядке.—Хеге просияла.—Ты так мчался, что я даже испугалась, думала, что-нибудь стряслось. Ты помни, Маттис, с лесосеки так прибегать нельзя, а то люди могут
подумать, что там случилось несчастье.
– Я забыл об этом,— тихо сказал Маттис.— Я думал совсем о другом.
– Что с тобой?
– Да нет, пока ничего. Я не могу сказать тебе это наперед.
Маттис чувствовал, что все запутывается.
– Я прибежал домой, потому что мне нужно поговорить с тобой, я хотел увидеть тебя.
Хеге фыркнула.
– Увидеть меня! Придумаешь тоже! Ты меня так напугал: я уж решила, что его зашибло.
Это было неподходящее начало для Маттиса и его блестящего плана, который следовало осуществить немедленно. Как он мог так глупо примчаться домой, надеясь вернуть себе расположение Хеге, пока Ёрген работает в лесу? Там ему показалось, что это выход. А теперь? Нет, Хеге так любит Ёргена, что на седьмом небе от счастья только потому, что его не зашибло.
И все-таки, пока они стояли у изгороди, Хеге сама невольно помогла Маттису попробовать осуществить его план. Он никак не мог отдышаться. Хеге на радостях обняла его и усадила на кочку рядом с собой.
– Сядь и отдышись,— весело сказала она.— Ты весь вспотел, пока бежал.
Они сидели на кочке бок о бок, будто на всем свете не было никого, кроме них, как раньше.
Перед Маттисом блеснул выход — он понял, что ему делать.
Сперва он улыбнулся Хеге.
И она весело улыбнулась ему.
Потом он кивнул.
Она тоже кивнула.
Словно давнишняя игра, которую они забыли и вдруг вспомнили вновь.
Но Маттис был уже не таким простачком, как она думала. Он помнил о своем плане.
– Мы сидим с тобой на кочке,— начал он.
Хеге кивнула. Он продолжал:
– Мы и раньше сидели с тобой на кочке.
– Да,— подхватила Хеге,— это было совсем недавно.
Маттис засмеялся, все шло как надо. Теперь следовало осторожно отбить ее у Ёргена.
– Самое хорошее — это сидеть с тобой на кочке.