— Но должны же были Нюстрёмы видеть, когда он вернулся?

— А вот и нет! — торжествующе воскликнул Мартинссон. — В том-то и дело! Он попросил Лундина остановиться на дороге Веберёдсвеген, откуда проселком добрался до усадьбы, там не больше километра, причем подход к усадьбе с задней стороны. И если кто-то из Нюстрёмов и видел его там, то подумал, что он идет из конюшни.

Курт Валландер наморщил лоб.

— Как-то это странно.

— Лундин — человек на редкость искренний, — заверил Мартинссон. — Он сообщил, что Лёвгрен обещал ему четвертинку водки, если тот отвезет его назад. Так что он высадил Лёвгрена в Истаде, поехал по своим делам — у него были заказы в двух домах на окраине, а потом захватил того в оговоренное время. Потом тормознул на Веберёдсвеген, получил свою четвертинку, и был таков.

— Отлично, — сказал Валландер. — Время совпадает?

— До минуты.

— О портфеле спросил?

— Лундин припоминает, что какой-то портфель с ним был.

— Что-нибудь еще кроме портфеля?

— Говорит, вроде не было.

— А твой трубочистных дел чемпион не видел случайно, не встречался ли Лёвгрен с кем-нибудь в Истаде?

— Нет. Я спрашивал.

— Лёвгрен не говорил, зачем ему нужно в город?

— Ни слова.

— То есть вряд ли можно предположить, будто Лундин знал, что у его пассажира в портфеле двадцать семь тысяч крон?

— Вряд ли. Меньше всего Артур Лундин похож на грабителя. По-моему, он просто бобыль-трубочист. Совершенно счастлив со своими кроликами и самогоном, и больше ему ничего не надо.

Валландер задумался.

— А не мог Лёвгрен договориться о встрече с кем-нибудь на этом самом проселке? Портфеля же нет?

— Все может быть. Я вызову кинологов, и мы прочешем это место с собаками.

— И прямо теперь, — распорядился Валландер. — Может быть, за что-нибудь зацепимся.

Мартинссон вышел и в дверях чуть не столкнулся с Ханссоном.

— Минутка есть? — спросил Ханссон.

Валландер кивнул:

— Что с Бергманом?

— Молчит. Но ему не отвязаться. Это ведьма Бролин подписала ордер на продление содержания под стражей.

Нелестное замечание Ханссона Курт Валландер пропустил мимо ушей.

— А что ты хотел?

Ханссон сел на стул возле окна. Вид у него был озабоченный.

— Как ты знаешь, я ставлю на лошадок, — начал он. — Кстати, та лошадь, на которую ты рекомендовал мне поставить, вообще не дошла до финиша. Что у тебя за советчики?

Курт Валландер с трудом припомнил, что когда-то и в самом деле ляпнул что-то в кабинете Ханссона.

— Я просто пошутил, — сказал он. — Дальше.

— Я случайно узнал, что ты интересуешься Эриком Магнуссоном, который работает на складе губернского муниципального управления в Мальмё. Некоего Эрика Магнуссона часто видят в Егерсру на ипподроме. Он ставит крупно, довольно много проигрывает. Мне сказали, что он работает в муниципальном управлении.

Курт Валландер навострил уши:

— Сколько ему лет? Как он выглядит?

И, услышав описание Ханссона, понял, что речь идет именно о том человеке, с которым он уже дважды встречался.

— Говорят, у него большие долги, — добавил Ханссон. — А это всегда опасно.

— Превосходно! — сказал Валландер. — То, что нужно.

Ханссон встал.

— Кто его знает? Но тотализатор и наркотики — действие почти одинаковое. Если, конечно, играть не как я — просто ради удовольствия.

Валландер сразу вспомнил слова Рюдберга. Есть наркотики, вызывающие такую зависимость, что человек готов на все.

— Превосходно, — повторил он. — Просто превосходно.

И, минутку подумав, позвонил Йорану Буману. Повезло, тот был на месте.

— И что ты от меня хочешь? — спросил Буман, выслушав рассказ Валландера.

— Присмотрись к ней попристальнее, — сказал Валландер. — Не спускай с нее глаз.

— Я организую наблюдение.

Ханссона Валландер поймал на выходе.

— Долги, — сказал он. — Кому он должен?

Ханссон ответил не задумываясь:

— Есть один скобяной торговец в Тогарпе, который дает деньги взаймы. И если Магнуссон кому и должен, так это ему. Он фактически ростовщик, и многие из тех, кто играет в Егерсру, пользуются его услугами. Насколько я знаю, у него на службе несколько горилл. Они вышибают деньги из неаккуратных должников.

— Как его найти?

— Я же сказал, у него магазин скобяных товаров в Тогарпе. Такой маленький толстячок лет шестидесяти.

— Как его зовут?

— Ларсон. По прозвищу Кивок.

Валландер вернулся в кабинет. Поискал Рюдберга и не нашел. Эбба сказала, что он будет в десять — пошел к врачу.

— Что, приболел?

— Ревматизм, — сказала Эбба. — Ты же видишь, как он ковыляет.

Валландер решил не дожидаться Рюдберга, надел пальто и поехал в Тогарп. Скобяная лавка находилась в самом центре поселка. В витрине висело объявление о снижении цены на ручные тачки.