— Не сомневаюсь.

Вздернув бровь, качаю головой. Я не намерена ничего спускать Аве и не позволю ей морочить мне голову путаными объяснениями.

А ее, как всегда, моя отповедь не впечатляет.

— Сперва я потеряла голову от бесчисленных возможностей, которые открыла мне Летняя страна. Пойми, я очень долго могла рассчитывать только на себя. Сама зарабатывала себе на жизнь и ни от кого не ждала помощи. Иногда приходилось трудно…

— Давите на жалость? Не выйдет. Лучше не старайтесь, не тратьте зря силы.

— Я просто хочу, чтобы ты представила себе общую картину. — Ава стискивает руки, то сгибая, то распрямляя пальцы. — Поверь, я не напрашиваюсь на сочувствие. Если я чему и научилась в жизни, так это самой отвечать за свои поступки. Я всего лишь объясняю, почему вначале так восприняла Летнюю страну. Меня заворожила возможность материализовать любые вещественные блага, какие только пожелаешь. Понимаю, тебя это раздражало. Через какое-то время я и сама сообразила, что могу создать для себя в Летней стране хоть особняк, полный сокровищ, но это не сделает меня счастливей — ни там, ни в обычном мире. И тогда я впервые решила смотреть глубже. Совершенствоваться в других отношениях. Конечно, я и раньше занималась медитацией, у меня даже была для этого специальная комната, но когда я поставила себе цель — быть допущенной в Великие залы учености, мне пришлось на деле оправдать красивые слова, которыми я долгие годы кормила своих клиентов. Я отринула все посторонние соображения и сосредоточилась исключительно на этом. А вскоре втянулась и ни о чем не жалею.

Смотрю на нее, прищурившись, и думаю: «Молодец, Ава, ничего не скажешь!»

— Эвер, я знаю, кто ты на самом деле. И про Деймена тоже знаю. Возможно, я с вами не совсем согласна, однако вмешиваться не собиралась.

— И поэтому постарались его погубить? Вы всегда чужими руками расправляетесь с теми, кого недолюбливаете? Это у вас называется «не вмешиваться»?

Я со злостью смотрю на нее, свирепо ковыряя ногой ковер.

Ава спокойно качает головой.

— Покидая здесь Деймена, я еще ничего не знала. Я тогда искренне верила вместе с тобой, что все станет как прежде. Ты вернешься в прошлое, Деймен — тоже. Я не знала точно, что такое ваш эликсир, хотя у меня были кое-какие подозрения. И я хотела его выпить, но в последний момент меня что-то остановило. Наверное, я вдруг осознала, как это огромно: жить вечно. Дело-то серьезное, как по-твоему?

Я пожимаю плечами, да еще и гримасу строю. Пока что рассказ Авы не изменил моего о ней мнения, и к тому же я не уверена, что она в самом деле не притронулась к эликсиру.

— В итоге я его вылила, переместилась в Летнюю страну и стала искать ответы на свои вопросы. Мне хотелось покоя.

— И как, нашли? — спрашиваю я, самой интонацией намекая, что мне глубоко плевать на результат ее поисков.

— Да, — улыбается Ава. — Я обрела покой, когда поняла, что у каждого свой путь. Своя судьба. Мою судьбу я теперь знаю, — говорит она и вся словно светится. — Я живу, чтобы своими особыми способностями помогать тем, кто в этом нуждается. Ничего не бояться, растить двойняшек. — Она смотрит на меня так, словно хочет обнять, и уже протягивает руку, но, к счастью, остается на месте и только поправляет себе волосы. — Эвер, я сожалею о том, что случилось. Не думала, что все так закончится. И пусть мне не по душе ваша с Дейменом истинная сущность — осуждать я не вправе. У вас своя дорога.

— Да ну? И какая же? — спрашиваю я с надеждой, удивившей меня саму.

Неужели Ава сможет мне открыть, в чем цель и смысл моего существования? Я-то, сколько ни думаю, никак не могу догадаться.

Ава пожимает плечами. В ее добрых карих глазах пляшут искорки.

— Ну нет, это каждый открывает для себя сам! Одно могу сказать: наверняка тебя ждет великая судьба.

Домой я добираюсь поздно вечером. Деймен предлагает помочь мне донести подарки. Несмотря на сильное искушение согласиться, я все-таки отказываюсь, наскоро чмокнув его в щеку. Хочу только одного — нырнуть в уютный кокон своей постели и последний час дня рождения провести наедине с собой.

Тихо поднимаюсь по лестнице, стараясь не потревожить Сабину — у нее из-под двери пробивается свет. Не успеваю сгрузить подарки на стол у себя в комнате, как в коридоре раздаются тихие шаги и входит Сабина.

— С днем рождения!

Она улыбается, кутаясь в кремовый махровый халатик, похожий на облачко взбитых сливок. Смотрит на будильник у изголовья.

— Сейчас ведь еще твой день рождения?

Я киваю.

— Семнадцать, и ни днем старше.

Сабина присаживается на краешек кровати и рассматривает гору подарков: парочка книг по метафизике от Авы, — я их «прочла» в тот миг, когда прикоснулась к обложкам, — аметистовый кристалл от Джуда, футболка от Рейн с надписью «Не наколдуй такого, что не сможешь расколдовать» (ха-ха), еще одна — от Роми, с изображением какого-то символа в виде разноцветной спирали, — по всей вероятности, из того же викканского магазинчика, — и вдобавок еще подарочная карта iTunes Store от Хонор. Вручая ее, та пробормотала:

— Ты вроде любишь музыку. Ну, в школе вечно с наушниками, и вообще…

Ах да, еще несколько ваз с ослепительно алыми тюльпанами. Наверное, Деймен их материализовал, отъезжая от дома.

— Сколько тебе всего надарили! — говорит Сабина.

Пробую посмотреть на сегодняшний день ее глазами — как на радостную годовщину моего появления на свет, а не грустное напоминание об ушедших близких.

Сажусь за стол, сбрасываю сандалии. Сабина явно пришла не просто так. Скорее бы закончила и оставила меня одну!

Она словно угадывает мое настроение.

— Я тебя долго не задержу. Поздно уже, а ты, наверное, устала.

Начинаю возражать, хотя бы из вежливости, но так и не заканчиваю фразу. Конечно, я рада Сабине, в последнее время мы с ней нечасто видимся наедине, и все же лучше бы перенести разговор на завтра. У меня сейчас просто сил нет на очередную воспитательную беседу.

Этого Сабина, разумеется, не чувствует. Спрашивает, пристально глядя мне в лицо:

— Ну, как у тебя дела? Как работа? Как Деймен? Ты в последнее время дома-то почти не бываешь.