Шрифт:
Прямо от Клода он поспешил по указанному адресу.
8
Только оказавшись перед дверью Кэры, Ричард сообразил, который теперь час. А было около полуночи. Заявиться в такой час к девушке — немыслимо! Она, наверное, уже спит. Неужели поднимать ее с постели?…
Когда Ричард выходил из гримерной Клода, в его сердце кипело возмущение. Теперь он немного поостыл. Ему хотелось повидаться с Кэрой. Хотя бы для того, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Но, пожалуй, лучше было бы этого не делать…
Однако Ричард вспомнил, что завтра утром отплывает во Францию. Пройдут месяцы, прежде чем у него появится возможность повидаться с ней… Нет, он должен увидеться с ней именно сегодня!
Он позвонил в дверь.
Дверь открыла опрятная служанка, которая, очевидно, еще не ложилась спать, Ричард немного приободрился. Отсалютовав, он вежливо поинтересовался:
— Могу я видеть мисс Кэру?
Бриджит изумленно уставилась на красавца мужчину в форме танкиста.
— Пожалуйста, подождите… — пролепетала она и со всех ног бросилась в спальню хозяйки.
Кэра еще не спала, хотя была уже в постели. В этот одинокий вечер ей не давали покоя мысли о деньгах: ее небольшой капитал стремительно таял, а новой работы она еще не подыскала.
Кэра разослала письма всем своим знакомым и просила помочь с работой. Танцевать она больше не могла, но голос-то у нее остался! Она могла петь на радио.
Дверь в спальню была приоткрыта, и Кэра услышала из прихожей голос Ричарда. Удивленная и обрадованная, она распорядилась, чтобы Бриджит проводила гостя в гостиную.
— Я буду через минуту, — сказала она.
— Не утомит ли это мою госпожу?… — начала служанка.
— Пошевеливайся, Бриджит! Делай, что тебе говорят! — шепнула ей девушка.
Бриджит улыбнулась и вернулась в прихожую. Так-то лучше. В голосе маленькой госпожи зазвучали живые нотки. И щеки порозовели. Свидание с молодым человеком пойдет ей на пользу. Бриджит не ложилась в постель, пока Кэра не засыпала. До чего же тяжело было наблюдать, как хозяйка печалится и горюет. «Так бы и убила его!» — думала Бриджит о Клоде.
Войдя в гостиную, Ричард задержался у рояля и взглянул на раскрытые ноты. Комната, отделанная в изумрудно-золотистых тонах, очень ему понравилась. У примадонны был прекрасный вкус.
— Ричард! — услышал он за спиной нежный голосок.
Он круто обернулся и снова машинально отсалютовал. Его сердце наполнилось одновременно радостью и печалью. В легком домашнем халате, перехваченном в тонкой талии пояском, Кэра была прелестна. Ее чудесные волосы рассыпались по плечам. Губы чуть тронуты помадой… Увидев, что девушка опирается на костыли, Ричард почувствовал ком в горле. Кэра неловко зашагала к нему через гостиную.
— Я понимаю, что тревожить вас в такой поздний час возмутительно, — пробормотал он, — но завтра утром я отправляюсь во Францию и больше не смогу…
Тут Кэра пошатнулась. Один из костылей заскользил по паркету. Девушка поспешила опереться на другой, но Ричард Хэрриот уже стоял рядом и поддерживал ее под руку. Едва взглянув в ее волшебные фиолетовые глаза, он мгновенно вспомнил ту ужасную ночь во Франции, когда принес девушку со сломанной ногой в домик фермера. Вспомнил те бессонные и мучительные часы на тюфяке, когда он прислушивался к каждому ее движению и сгорал от любви.
Он думал, что больше никогда не увидит ее, и старался выбросить из сердца. Но, увидев ее на костылях, почувствовал, что у него в душе все перевернулось. Она обязательно должна поправиться и снова танцевать! Было бы чудовищно и несправедливо, если бы она снова не порхала на сцене на своих прелестных ножках.
Ричард и сам не заметил, как прижал девушку к сердцу и поцеловал в губы.
Этот первый поцелуй восхитил и окрылил танкиста, а девушку изрядно удивил. Кэра и сама не понимала своих чувств. Столько лет она была влюблена в Клода. Все поцелуи предназначались лишь ему одному… Театральные поцелуи на сцене в расчет не шли, как и те ласковые слова, вроде «прелесть моя», с которыми у артистов было принято обращаться друг к другу. Они ничего не значили… Но поцелуй Ричарда произвел на нее странное впечатление, и она не понимала, радоваться ей или огорчаться.
Не успела Кэра оправиться от удивления, как Ричард уже взял себя в руки. Он слегка побледнел и виновато отвел взгляд. Потом заботливо усадил Кэру на софу и поднял упавший костыль.
— Простите меня, Кэра, — хрипло проговорил он.
Она перевела дыхание и исподлобья взглянула на него. Высокий загорелый офицер был очень красив. Она успела забыть, какие у него бездонные синие глаза.
— Не извиняйтесь, Ричард, — улыбнулась она. — Вы… утешили меня.
Он снял берет и бросил его на стул.