Эцио в одиночку перебрался через стену и тенью проследовал за кардиналами в большой зал поместья, где затерялся в толпе сотни лучших офицеров Борджиа. Кроме них в зале находились люди из других стран, которых Эцио не знал, но предположил, что они - члены Ордена тамплиеров. Чезаре, полностью выздоровевший, стоял на помосте в центре переполненного зала. На стенах горели факелы, отбрасывая тени так, что казалось, будто Эцио присутствует на ведьмовском шабаше, а не на военном собрании.

Снаружи было столько солдат Борджиа, что Эцио сразу вспомнил о замечании Чезаре о том, что Микелетто приведет на помощь оставшуюся часть войска. Эцио боялся, что даже с наемниками Бартоломео и его собственными рекрутами, ждавшими в сотне метров от поместья, они могут не справиться со всеми противниками. Но теперь было слишком поздно.

Эцио увидел, как люди в зале расступились, пропуская к помосту кардиналов.

– Присоединяйтесь ко мне! И я верну вам Рим!
– провозгласил Чезаре, когда появился кардинал Руана в сопровождении своих прелатов. Заметив их, Чезаре осекся.

– Какие новости из конклава?
– хмуро поинтересовался он.

Кардинал Руана некоторое время размышлял.

– Есть хорошая новость... и плохая, - наконец ответил он.

– Говори!

– Мы выбрали Пикколомини.

Чезаре обдумал новость.

– Что ж, по крайней мере, это не сын рыбака, делла Ровере!
– Чезаре кивнул кардиналу.
– Но я хотел не Пикколомини. Мне нужна марионетка! Пикколомини, возможно, уже и стоит одной ногой в могиле, но способен принести еще немало вреда. Я заплатил за то, чтобы назначили тебя! И так ты меня отблагодарил?

– Делла Ровере - опасный враг, - кардинал снова замялся.
– Да и Рим уже не тот, что раньше. У Борджиа кровавые деньги!

Чезаре смерил его холодным взглядом.

– Ты еще пожалеешь об этом решении, - спокойно сказал он.

Кардинал поклонился и повернулся, чтобы уйти, но в этот момент заметил Эцио, который протолкался вперед.

– Ассассин!
– закричал он.
– Это его сестра меня допрашивала! А теперь он здесь! Бегите! Он убьет нас всех!

Кардиналы, все, как один, бросились в панике прочь. Эцио побежал следом, и едва выбежав наружу, выстрелил из пистолета. Это был условный знак авангарду, ожидавшему недалеко от стен. Авангард в свою очередь выстрелил из мушкетов, давая Бартоломео сигнал к атаке. Едва ворота в поместье открылись, чтобы выпустить кардиналов, как появились наемники. Охранники поместья не успели закрыть ворота, внутрь ворвался авангард войска Эцио. Они сумели удерживать ворота до подхода основных сил Бартоломео, который ворвался в поместье, вращая над головой Бьянкой и издав боевой клич. Эцио выстрелил второй раз прямо в живот солдата Борджиа, который, крича, кинулся к нему, размахивая булавой. Времени на перезарядку пистолета не было. К тому же для ближнего боя не было ничего лучше двойного клинка. Отыскав нишу в стене, Эцио спрятался там и сменил пистолет на клинок. А потом бросился обратно в зал, надеясь отыскать Чезаре.

Битва в поместье и у его стен была короткой и кровавой. Борджиа и войска тамплиеров не были готовы к подобной атаке и оказались в ловушке. Они яростно боролись. Когда битва закончилась, многие наемники и Ассассины были мертвы. Преимуществом Ассассинов было то, что они были верхом, а из союзников Борджиа мало кому удалось добраться до лошадей.

Когда осела пыль, уже стемнело. Эцио, с кровоточащей раной на груди, так яростно ударил противника двойным клинком, что прорезал собственную перчатку и задел свою руку. Вокруг Ассассина лежало множество тел, примерно половина из них - те, кто был на собрании, и не смог сбежать на юг, в ночь.

Но Чезаре среди них не было. Ему удалось сбежать.

В следующие недели произошло много событий. Ассассины изо всех сил пытались отыскать Чезаре, но безуспешно. В Рим он не вернулся. Сам город, казалось, избавился от влияния Борджиа и тамплиеров, но Эцио и его товарищи оставались начеку. Они прекрасно понимали, что пока жив враг, опасность остается. И еще Ассассины подозревали, что в городе еще остались подкупленные Борджиа сторонники, которые только и ждут сигнала Чезаре.

Ватикан в очередной раз ждало потрясение. Пий III очень любил книги и был глубоко религиозным человеком. Он правил всего двадцать шесть дней. Из-за давления, оказываемого на него, и ответственности за папство, его, и без того слабое, здоровье окончательно пошатнулось, и в октябре он скончался. Но, вопреки опасениям Эцио, Пий не был марионеткой Борджиа. Во время своего короткого правления он вместе с коллегией кардиналов проводил реформу, которая положила конец коррупции и похотливости, которые процветали во времена господства его предшественника. Ватикан больше не продавал кардинальские должности и не брал взяток от состоятельных убийц, которые желали избежать виселицы. Приверженность категорическим взглядам Александра VI: «Пусть живут, чтобы каяться», продержалась не долго.

И еще Пий III разослал по всей Папской области приказ арестовать Чезаре Борджиа.

Его приемник был выбран с первого раза, подавляющим числом голосов. Против него выступили лишь три кардинала, одним из которых был Жорж д`Амбуаз, Кардинал Руана, который тщетно надеялся, что тройная тиара достанется французам. После того, как на прошлом собрании избрали Пия III, Джулиано делла Ровере, кардинал Сан-Пьетро в Винчоли, не теряя времени, объединил своих сторонников и решил добиться Папства при первой же возможности, которая, как он знал, скоро представится.