— Ешь понемножку, — посоветовал Харран. — Каша слишком клейкая и пресная, так что поначалу ее трудно глотать. — Он помедлил. — И не стоит торопиться — у тебя весь день впереди. Правда, если ты слишком долго протянешь, во рту у тебя опять пересохнет от недостатка воды и кашу будет еще труднее съесть.

Вик покатал в ладонях вязкий ком и попытался откусить еще кусок. Лучше не стало. Он съел свой первый завтрак раба медленно и с тоской в душе.

— На Разрушенном Берегу все знают, что гоблины начинают объединяться, — сказал Харран.

Вик лежал на спине и смотрел в потолок, со страхом слушая новости, которые рассказывал ему Харран. Почти все двеллеры спали. Через щели в люке едва просачивался солнечный свет, разбавляя темноту.

Где-то над головой морские волны бились в корпус корабля, напоминая Вику, что набитый двеллерами трюм находится намного ниже поверхности воды. Если корабль наскочит на риф, если гавань не так глубока, как считает капитан, если ночью они столкнутся с другим кораблем, то все двеллеры утонут — в этом Вик был твердо уверен.

Он продолжал возиться с наручниками, надеясь вытащить руки. Пока что он сумел только натереть кожу, но все равно не мог остановиться. Цепь звенела на весь трюм.

— Ты так скоро в кровь руки сотрешь, — предупредил его Харран.

— Не могу же я просто лежать здесь и ничего не делать, — в голосе Вика невольно отразилось состояние его нервов.

— А ты уже делаешь самое важное, — сказал Харран. — Ты выживаешь.

— Чтобы стать рабом, — горько добавил кто-то. — Было бы куда лучше сразу умереть.

— А я слышал, — послышался другой голос, — что в Лесу Клыков и Теней живут эльфийские стражники, и они нападают на Мыс Повешенного Эльфа и освобождают двеллеров-рабов.

— Ха, да это просто сказка, Квебек, — сказал первый. — Старики рассказывают такие сказки молодым, чтобы те не теряли надежду сбежать, когда их поймают гоблины. По мне, так это жестоко. Много ты встречал рабов, которые сбежали из Мыса Повешенного Эльфа?

Ответа не было.

— Мало кто надеется выжить в рабстве, — тихо сказал Харран.

— А ты сам? — спросил Вик.

— Я верю, что способ сбежать есть, и надеюсь, что проживу достаточно долго, чтобы его найти.

— А почему гоблины вдоль Разрушенного Берега объединяются? — спросил Вик.

— Они подчиняются новому пиратскому королю. Он убедил их, что, объединившись, они смогут захватить куда больше, чем захватывали раньше. Гоблины ему верят. Я слышал, что все больше и больше гоблинов прибывают на Разрушенный Берег. Они вступают в гоблинский флот и в армию.

— А кто король пиратов?

— Гоблин по имени Орфо Кадар.

— А что ты о нем знаешь? — спросил Вик. Если в Лесу Клыков и Теней и правда скрывались эльфийские стражники, а ему удалось бы сбежать, то неплохо было бы передать как можно больше информации в Хранилище Всех Известных Знаний. Библиотекарю хотелось сделать прямо сейчас запись в дневнике — он боялся, что забудет половину из того, что ему довелось услышать.

— Ничего, — ответил Харран. — Может, кто-то другой знает?

Какой-то двеллер робко сказал:

— Мне говорили, что Орфо Кадар будто бы потомок самого лорда Харриона.

— Ерунда, — заявил старик. — Лорд Харрион просто миф, выдумка, чтобы пугать маленьких детей.

— Лорд Харрион правда жил и умер, — сказал Вик. Уж к нынешнему-то времени он наверняка должен был умереть. — Это из-за Повелителя Гоблинов был разгромлен Разрушенный Берег.

— Это тоже чушь, — возразил старик. — Разрушенный Берег всегда таким был. И Сокровище Телдэйна тоже сказка. Разве можно себе представить, что эти искореженные острова, заселенные чудовищами, когда-то были похожи на рай?

— Нет, — сказал кто-то, и остальные согласились. «Как они могут не верить? — удивлялся Вик. — Они живут в местах, где когда-то шла величайшая из магических битв Переворота». Но по голосам двеллеров Вик чувствовал, что они действительно считали все это сказкой.

Через девять дней — Вик вел аккуратные подсчеты в дневнике, пока все спали, — маленький библиотекарь проснулся посреди ночи. Он чувствовал слабость от голода, а язык у него уже с утра распух от жажды. Но несмотря на всю усталость, по движению корабля он почувствовал, что что-то изменилось. Как обычно в такой час, в трюме было темно. Вокруг раздавался храп, но маленький библиотекарь слышал и тишину моря. Волны уже не так сильно колотили в борта «Дурного Ветра», и подпрыгивал корабль меньше. Он шел ровно, скользя как по стеклу.