— Потому, что он сидит на роботе «Y-7», — пояснил Фриц. — Ты знаешь, что это такое?

— Нет, — честно признался Эдди.

— То-то и оно. Это такая бронированная громадина с сотней туннельных двенадцатидюймовых орудий. При этом скорости «Y-7» может позавидовать любой уиндер. К тому же у Главного Арбитра есть право решать, кто прав, а кто виноват. Потом он наводит прицел, и от «виноватого» остается только пыль.

— Безо всякого следствия? — удивился Эдди.

— О чем я тебе и толкую. Главный Арбитр — это и следствие, и суд, и палач.

В этот момент корабль качнулся и освободился от астероида, после чего тот продолжил свободное падение в бездну космоса.

Вскоре радар начал выдавать метки собирающихся, словно стая хищников, промысловых судов. Определив массу «дикаря», некоторые суда убирались восвояси — их капитаны правильно оценивали возможности своих кораблей.

В конце концов осталось только пять больших судов с мощными силовыми установками. Среди них были «Калигула» и «Джанг». Следом за своими добытчиками словно приклеенные двигались группы истребителей-штурмовиков «сарацин».

— Ну, ребята, сейчас начнется такая рубка, — сказал Фриц.

Один за другим промысловые суда устремились к «дикарю» и с дальней дистанции начали выпускать десятки гарпунов. Корабли мешали друг другу и закрывали сектор обстрела. Гарпуны попадали в борта кораблей, оставляя на обшивке глубокие вмятины. Вскоре в сутолоке ничего нельзя было разобрать. Однако Главному Арбитру было виднее, и он в конце концов объявил:

— «Дикарь» одновременно поражен «Калигулой» и «Шевроном-III». — Арбитр сделал паузу, но все понимали, что это означает.

«Джанг» и два других корабля, забрав с собой суда прикрытия, начали покидать опасную зону, а «Калигула» и «Шеврон-III» вместе со своими маленькими армиями заняли исходные позиции.

— Драться будут? — спросил Эдди.

— И еще как, — ответил Фриц.

— Спор… — скомандовал Главный Арбитр, и противники рванулись в лобовую атаку.

«Сарацины» начали осыпать друг друга ракетами и пушечными снарядами, а промысловые суда обмениваться залпами из гарпунных орудий.

Гарпуны вонзались в бока судов, пробивая борта насквозь. Здесь использовались свои приемы и для споров применялись специальные гарпуны, которые наносили сопернику наибольшие повреждения. Главный Арбитр этому не препятствовал, однако выдвинул условие — гарпуны не должны были оснащаться разрывными боеголовками.

— По-моему, люди Байка теснят команду «Шеврона», — сказал Шкиза.

— Похоже на то, — согласился Спилберг.

«Сарацины» «Шеврона» один за другим выходили из боя. Несли потери и истребители «Калигулы». Наконец на «Шевроне» поняли, что проиграли, и выпустили белую сигнальную ракету.

— Спор закончен. Право за «Калигулой», — объявил Главный Арбитр. «Сарацины» «Шеврона» начали отходить. Один из истребителей «Калигулы» помчался вслед за отступающими, ведя огонь из всех пушек. Сверкнул туннельный разряд, и «нарушитель» превратился в облако газа.

— Вот что такое Главный Арбитр, парень, — прокомментировал Фриц. — А ты еще пытался с ним спорить.

— Все равно, я еще доберусь до него, — упрямо заявил Шиллер.

— Ну ладно, это будет потом, а пока большое тебе спасибо за астероид, Эдди. Пожалуй, нам пора двигать к «Айк-Металл». Будем ждать, когда буксиры приведут нашу с Байком добычу.

«Приме» пришлось ждать более десяти часов, пока наконец два пыхтящих «мановара» доставили «десятитысячник» к заводу. Все это время Эдди спал в гарпунном помещении, которое считал на «Приме» своим домом. Он не видел, как астероид раскололи на четыре части, и только таким образом сумели протащить сквозь приемные ворота.

Наконец взвешивание было закончено, и диспетчер объявил результат:

— Эй, на «Приме», вам с «Калигулой» по пятьсот тридцать четыре тысячи записали. Устраивает?

— Вполне, — довольно улыбнулся Шкиза.

— Это не Крепе? — спросил диспетчер.

— Нет, не Крепе.

— Позови мне капитана, парень, скажи, что Няк Тэтчер хочет его поздравить с удачной охотой.

— Увы, Ник, это невозможно. Джулиана Крепса убили.

— Убили?! Кто?

— Люди Микеле Байка. Знаешь такого?

— Кто же эту сволочь не знает? А чего же вы с ним добычу делите?

— Так решил Арбитр.

— Понятно. — Было слышно, как Ник Тэтчер вздохнул. — Ну ладно, «Прима», удачи вам.

Промысловое судно «Калигула» стояло в ремонтном доке «Спейс индастриз», и многочисленная команда ремонтников занималась пробоинами, полученными кораблем во время спора с «Шевроном-III».

Капитан судна, Микеле Байк, по кличке Фельдшер, сидел в своей каюте и выслушивал гостя, который, судя по тону, делал Фельдшеру выговор: