— Да, — поддержал его Базер.

— Один вернулся к крыльцу и стал оскорблять своего вожака, а тот его пристрелил. Тогда второй уцелевший из этой группы решил добраться до водного мотоцикла самостоятельно и побежал туда, — Клаус махнул рукой в сторону предрассветного серовато-свинцового марева.

— И что? — спросил Арнольди.

— Он попал в рифовую яму и утонул. Я слышал, как он кричал.

— А кто убил вожака? Ты? — задал вопрос шериф, надеясь хоть в чем-то уличить Ландера. Он уже понял, что убитыми оказались те самые байкеры из банды Курца, которые работали на Солейн Гутиерос.

— Нет, в вожака стрелял один из раненых, когда понял, что тот их бросает. Вожака звали Курц, и, получив пулю в спину, он свалился в канал.

— И утонул?

— Почти утонул, но я вовремя подхватил его и привязал за ногу, а то бы его утянуло течением, — невозмутимо пояснил Клаус.

Полицейские помолчали, потом шериф убрал пистолет в кобуру и сказал:

— Ладно, пошли в дом. Будем составлять протокол, господин Ландер.

— А на тех троих смотреть не пойдете?

— Нет, и так все ясно. А ты, Дэнни, иди вызывай бригаду экспертов и все такое прочее… Будем сличать показания мистера Ландера с реальной картиной.

— Вы что же, шериф, не верите мне? Базер промолчал, игнорируя вопрос, а когда они вышли к крыльцу, спросил:

— Небось все деньги угрохаешь на ремонт, а, солдат? Или бросишь дом?

— Нет, сэр, не брошу. Мне здесь нравится…

Прогулочные лодки, которые обычно с шиком проносились мимо, теперь притормаживали у причала Ландеров и проходили на самом малом ходу, чтобы лучше рассмотреть, что там происходит.

А посмотреть было на что. Катер шерифа, два красавца на подводных крыльях — из полиции города, два санитарных ботика и еще одно судно неизвестного происхождения Поскольку маленький причал не мог принять всех, суда стояли вдоль берега на якорных стоянках.

Тела двенадцати бандитов были уже сфотографированы, собраны и уложены в ряд перед домом. Удалось найти даже того, который угодил в яму. Клаус точно указал место, и полицейские с помощью багров сумели достать тело.

Клаус выдержал уже несколько допросов, которые поочередно снимали полицейские, прокуратура и еще какие-то господа в штатском, к которым все относились с подчеркнутым уважением. И все это, не считая подробного письменного объяснения для шерифа Базера, дежурство которого закончилось три часа назад.

Солнце стояло уже высоко, однако из-за этого чрезвычайного случая уехать домой шерифу было никак нельзя.

— Итак, мистер Ландер, давайте последний раз — устно, но с самого начала, — сказал человек в штатском костюме, к которому все обращались «сэр» или «полковник Ирвин».

— Вчера утром я сидел на причале и ловил тритонов. Мимо проезжали эти парни и остановились, чтобы взять у меня в долг сто кредитов.

— Они так и сказали — «в долг»?

— Точно сказать не могу, сэр. Или так или как-то иначе. Поначалу я не обратил на это внимания.

— И что же вы им ответили?

— Я отказал им, сэр.

— А на каком основании?

— У меня здорово клевало, сэр, а чтобы дать им сто кредитов, мне пришлось бы идти в дом. В общем, мне не хотелось прерывать ловлю.

— Понятно, и что потом?

— Потом один из них стал, извините, мочиться на мой поплавок. Зачем он так поступил, я не знаю, но на всякий случай я пресек это дело.

— Каким же образом?

— Удилищем, сэр. Взмахнул и раз — концом по концу…

— О! — Брови полковника Ирвина взлетели на лоб. — Довольно жестоко…

— Что делать, сэр, это мой причал. Я ловлю здесь тритонов, которых буду есть, и поэтому не потерплю, чтобы кто-то справлял нужду прямо в воду.

— Я вас понимаю, мистер Ландер. Ну и что же было дальше?

— А дальше, сэр, эти парни на меня здорово разозлились. Они даже достали пистолеты и хотели меня застрелить, но дело происходило при дневном свете, и они решили приехать ко мне к десяти часам вечера.

— Хорошо, с этим все понятно. Объясните мне одно: когда шериф Базер приехал сюда, вы жарили тритона. Так?

— Так точно, сэр. Отличный тритон, и у меня осталось еще немного…

— Я не об этом, мистер Ландер. Вы, убив двенадцать человек, преспокойно взялись за жаркое.

— Ну, я застрелил, может быть, трех из них — не больше. Остальное они сделали сами. А за жаркое я взялся не сразу, сэр. Сначала я позвонил шерифу, а уж потом пошел на кухню.

— Извините, сэр, — к полковнику Ирвину подошел один из его подчиненных, — распишитесь вот здесь и здесь.

Полковник взял протянутую авторучку и, поставив свои закорючки, вернулся к беседе.