Шериф послушно встал и перешел поближе к столу. Он сел в удобное кресло и рискнул немного вытянуть ноги.

— Собственно, я все рассказал…

— Да, я помню. — Мадам извлекла из изящной коробочки тонкую сигарету, прикурила ее и продолжила: — Я помню, но меня интересует, кто и как уничтожил моих людей…

Базер поднял на хозяйку глаза, но та погрозила ему пальцем и добавила:

— Не нужно делать вид, что вы ни о чем не догадывались. Этот грязнуля Курц и еще несколько тупых бездельников вроде него работают на меня. Это первый эшелон моей армии. Они делают самую примитивную работу, однако обойтись без них я пока не могу. Поэтому меня интересует, кто их уничтожил.

— Это сделал всего лишь один человек, мадам.

— Один?.. — от удивления брови Солейн поднялись вверх.

— Да, один. По официальной версии, они пытались вымогать у него деньги, но он им отказал. Тогда они обещали приехать разобраться. Ну и разобрались…

— Да это просто супермен какой-то. Как же ему удалось?

— Видимо, ваши люди сами себя перестреляли. Так выходит со слов этого Клауса Ландера, однако…

— Договаривайте, — подалась вперед Солейн.

— Лично у меня сложилось впечатление, что он попросту играл с байкерами. Он их разозлил, а потом поймал в ловушку и перебил. Этот Клаус дня три как вернулся домой — четыре года он провел на войне в качестве наемника. Когда мы с помощником приехали к нему, он преспокойно смотрел по телевизору ночное шоу и жарил мясо. А вокруг его дома валялось двенадцать трупов…

Неожиданно открылась дверь, и в кабинет проскользнула хорошенькая девушка, почти точная копия Солейн. Базер сразу догадался, что это Люция — дочь мадам Гутиерос.

— Здравствуйте, — поздоровалась она с шерифом.

— Добрый вечер, мисс, — кивнул Базер.

— Почему ты не стучишься, Люция? Разве Ханн не сказал тебе, что я занята?

— Сказал, но я решила прийти неожиданно. Так можно услышать что-нибудь интересное. Например, про двенадцать трупов, — Люция посмотрела на Базера и улыбнулась. — Расскажите, мистер, что произошло потом.

Люция была одета в коротенькое и слишком тонкое платьице, и старый Базер с трудом удерживал свой взгляд, который так и норовил проникнуть сквозь тонкую ткань. Девушка была просто очаровательна.

— Мистер Базер всего лишь пересказывал мне то, что он прочитал в газете.

— В какой газете? — Люция подошла к Базеру, и запах ее духов, смешанный с какой-то юной свежестью, ударил ему в голову.

— Мня… мне… — промямлил он что-то невразумительное, а затем затряс головой и поправился: — Не… не помню, мисс. Кажется, «Гео монинг».

— Смотрите же, мистер. Я проверю, — Люция погрозила Базеру пальцем, и ее черные глазки недобро сверкнули. И ни с кем не прощаясь, девушка покинула кабинет.

Возникла неловкая пауза, после которой Солейн вздохнула и произнесла:

— С детьми бывает нелегко…

— Да, мадам.

— А что касается этого Клауса Ландера, его нужно убрать.

— Убрать так убрать, мадам, но только я…

— Нет-нет, шериф, вы не поняли. Уберут его совсем другие люди. Вам же нужно только проследить, чтобы — ну вы понимаете…

— Понимаю, мадам, — склонил голову Базер, — но стоит ли спешить? А если это всего лишь случайное стечение обстоятельств?

— Вам жалко этого Клауса, шериф?

— Ничуть, мадам. Просто мне бы хотелось избежать шума. Сначала двенадцать трупов, а потом еще один. Как полицейский, могу сказать, что меня бы это насторожило и я стал бы копать глубже…

— Ну хорошо, возможно, мы предпримем что-то еще, но я не обещаю, что этот человек будет жить долго.

— Как скажете, мадам.

— Ну, если у вас больше нет ко мне вопросов…

— Один небольшой вопрос, — Базер застенчиво улыбнулся и стал смотреть на свои туфли.

— Понимаю вас, Гэри, — смягчилась Солейн, — через два месяца будут утверждать претендентов. Я сделаю так, чтобы, кроме вас, не было никого.

Базер вскочил со стула и резко поклонился, едва не стукнувшись лбом о стол.

— Спасибо, мадам Гутиерос. Огромное вам спасибо, — пятясь и улыбаясь, он выскользнул в приемную.

Через минуту после ухода шерифа в кабинет вошел Ханн. Не говоря ни слова, он подошел к Солейн сзади и, нагнувшись, поцеловал в шею.

— Я хочу тебя… Хочу сейчас… — сказал он.

— Ну ты же видишь, я занята, — отстранилась Солейн.

— Но я и так ждал, пока уйдет это старый ублюдок. Когда, кстати, ты его убьешь? Он и так уже знает слишком много.

— Еще не решила, — сказала мадам Гутиерос и, взглянув в глаза своего любовника, добавила: — Я еще не решила, кого убить первым, его или тебя…

— Что за шутки, Солейн. За что меня убивать? Мадам Гутиерос выдержала долгую паузу, чтобы Ханн помучился, и сказала: