— Чугун-то? Недавно привезли. Недели две назад! — весело ответил Маврин, с довольным видом наблюдавший, как ребята осваиваются в цехе.

Сейчас каждому могло показаться, что эти два паренька самые задушевные друзья.

Целый час они осматривали вагранку, обстукивали в ней обмуровку…

— А кокс есть? — спросил Жутаев.

— Кокса пока нет, — ответил Маврин.

— А как же без кокса? — забеспокоился Жутаев.

— Будет. Это уж дело дирекции.

— Обязательно нужен кокс. Без кокса все это пустая затея, — сказал Мазай.

— Кокс я постараюсь достать, вернее — достану, гарантирую. Хотя в наших краях это очень трудно. В общем, обещаю, будет доставлено все, что нужно. Вы только скажите, чего не хватает. И беритесь за работу.

— Работать нам не привыкать, — сказал Мазай. — Было бы чем да где — мы и собаку заформуем, если понадобится. Мне, сказать по совести, уже не терпится, работать хочется.

— Вот это люблю! — похвалил Маврин. — Если человек с охотой за работу берется, значит, толк будет.

— А воздуходувка хорошо работает? — спросил Жутаев.

— Не только хорошо, но блестяще, — заверил Маврин. — Правда, мы ее опробовали на холостом ходу, а не при плавке.

— Давайте сейчас попробуем дутье, — предложил Борис. — Мне кажется, что в цехе все в порядке. Главное, вагранка в хорошем состоянии, прямо хоть сейчас начинай работать. А вот как с дутьем — неизвестно. Попробуем, Николай Степанович?

— Давайте, это недолго, — согласился Маврин и пошел на электростанцию.

— Значит, решили? — спросил Мазая Жутаев.

— А ты как думал? По-моему, на мель не сядем. Люди нас ждали, надеялись: нужно справиться.

— Правильно. В общем, будем работать.

— Только ты не чуди, а работай, как надо.

Жутаев не совсем понял, что хотел сказать Мазай. Он и без предупреждения всегда старался работать как надо. И если иной раз что-нибудь не получалось, так это уже другое дело, тут уж не его вина. А вот сам Мазай, по мнению Жутаева, немало «чудил», и его поступки чаще всего были неприятны окружающим. Но Жутаев не желал заводить неуместные разговоры и промолчал.

Вдруг что-то загудело, литейка наполнилась резким шумом, и почва слегка задрожала. Очевидно, электрик включил вентилятор воздуходувки. Ребята бросились к вагранке. В литейку вернулся Маврин.

— Задули? — спросил Мазай.

— Как и должно быть. ну, что вы скажете?

— Хорошее дутье, Николай Степанович! — стараясь пересилить шум, радостно закричал Жутаев. — Сильно дует — при таком дутье плавка должна быть хорошая. Отличная!

Глаза его блестели и, казалось, искрились.

— Одним словом, товарищ директор, полный вперед, как говорят моряки, — подтвердил Мазай. — Начнем работать. Дует здорово. И гудит и ревет, тут такой жар будет— не только чугун, сталь можно плавить.

— Значит, угодили?

— Все в порядке, товарищ директор.

— Больше не нужно дутья? — спросил Маврин.

— Хватит, ведь это просто проба. Верно, Мазай?

— Конечно, — солидно согласился Васька.

— Если не нужно, прикажу выключить. Энергию экономим. Боремся за каждый киловатт…

Он вышел из цеха и подал знак электрику. Шум и грохот мгновенно прекратились.

— Теперь пойдемте к главному инженеру эмтээс. Посмотрите детали, какие нужно будет отлить.

Маврин снова повел ребят к конторе. Кабинет был не заперт, но главного инженера не было.

— Он, наверно, в мастерской, — догадался Маврин. — Ну, ничего, похозяйничаем сами.

В углу кабинета стоял небольшой шкаф. Николай Степанович достал из него деревянную модель и положил на стол. Потом вторую, третью…

— Вот это модель коробки подшипника, — пояснил Л1аврин. — Самая дефинитная у нас деталь. Она ставит под угрозу ремонт машин, а значит, и вообще всю работу тракторного парка эмтээс. Повнимательнее изучите модели, товарищи, и решайте, сможете отлить такие детали или нет. Только условие: с самого начала будем говорить откровенно, серьезно, отвечая за свои слова.

Ребята занялись моделями, внимательно осмотрели их со всех сторон.

— Работа не очень сложная, товарищ директор, — решил Мазай, — хотя такие модели мы не формовали. Но говорю откровенно: заформуем и отольем все это. — Мазай похлопал ладонью по собственной груди и заверил: — Ручаюсь!