– Эй, брат, ты чего?
– удивленно обернулся Лакр, когда понял, что вожак стоит, невидяще глядя в пустоту перед собой, и явно не собирается двигаться дальше.
– Стрегон, с тобой все в порядке?

Полуэльф оторопело моргнул.

– Что?

– Все в порядке, спрашиваю?
– повторил Лакр, изумляясь все больше.

– Н-нет.

– Прости, я что-то не понял...

– Нет, - твердо повторил Стрегон.
– Не все в порядке. Шир, постой: я должен поговорить с Белкой.

Вот теперь к нему обернулись все. Охотник аж развернулся всем корпусом, искренне полагая, что ослышался. Тирриниэль вежливо приподнял брови. Ланниэль выразительно скривился, считая, что общаться с Гончей в ее нынешнем состоянии - верх неразумности, а Картис просто многозначительно хмыкнул. Братья непонимающе переглянулись, будучи не в силах понять, что за муха вдруг укусила их невозмутимого вожака. Тогда как эльфы Эналле настороженно переглянулись.

– Зачем?
– наконец, спросил Шир, пристально разглядывая полуэльфа. Тот так же внимательно уставился в ответ, беззастенчиво воспользовавшись своими способностями.

Охотник удивленно моргнул, ощутив заметное давление на разум, но все равно повторил:

– Зачем?

– Я должен кое-что узнать.

– Не сейчас.

– Нет. Именно сейчас, - с нажимом сказал Стрегон, чувствуя, что чужая аура начинает поддаваться.
– Немедленно. Где она?

Шир нахмурился, не совсем понимая, что происходит и почему ему так хочется, прямо-таки позарез необходимо ответить, в то время как затуманившееся сознание упорно твердит, что это неправильно. Он даже виски потер, стараясь избавиться от наваждения - не помогло. И вот тогда он вдруг с непонятной досадой сообразил, что неистово горящие глаза полуэльфа, в которых отчетливо проступили красноватые огоньки, имеют к его колебаниям самое непосредственное отношение. Проклятый полукровка и его Торковы руны! Ни один ушастый не одолеет естественную защиту перевертыша, не говоря уж о простых магах! А этот белобрысый почему-то смог... невероятно!

– Где она?
– сухо повторил Стрегон, чувствуя, что татуировка на предплечье буквально пылает огнем.
– Как ее найти?

Шир вздрогнул, но ответить не успел: откуда-то из пустоты вынырнула вездесущая Белка и, моментально разобравшись в обстановке, недовольно пождала губы.

– Ну, вот. Стоило вас оставить одних, как вы уже сцепились, будто кобели за берцовую кость. Стрегон, прекрати. У тебя слишком сильные руны для смертного: кажется, Брегарис слегка перестарался с узором... Шир, не смотри ему в глаза! Или не чуешь, где опасность? А еще к себе звал... ну, и что бы ты с ним тогда делал? Два вожака в одной стае не уживутся, а он, как ни крути, вполне достойный соперник!

Стрегон от неожиданности тоже вздрогнул и потерял сосредоточенность. Освободившийся от влияния рун Охотник с облегчением выдохнул, одновременно подарив полуэльфу мрачный, весьма многообещающий взгляд. А Белка странно хмыкнула.

– Петухи бойцовые... один в силу, наконец, вошел и тут же принялся ее испытывать на соседях... второй повелся, будто в первый раз... и что мне с вами делать, а? Выпороть, что ли, чтобы дурью не маялись?

Шир неловко кашлянул.

– Дык, я... это... кто ж знал, что у него получится?

– Я тебя предупреждала, - напомнила Белка.
– И говорила, что он справится. А с учетом того, что Проклятый Лес неплохо добавляет к его способностям, я бы никому не советовала испытывать на себе силу его взгляда. Через пару лет вообще, может, придется его изолировать, а то вдруг да возгордиться?

Стрегон, пропустив подколку мимо ушей, качнулся навстречу.

– Бел, я...

– Потом, - тут же отреагировала она.
– С делами разберемся, тогда и поговорим.

– Но я только...

– И насчет Сар'ры тоже.

– А...?

– Обо всем поговорим, - вдруг мягко улыбнулась Белка.
– Обещаю. Но не сейчас - для этого не время и не место.

– Если с тобой что-нибудь случится, на мои вопросы будет некому отвечать, - тщательно подбирая слова, озвучил свое беспокойство Стрегон, однако она только усмехнулась.

– Не волнуйся. Если, как ты говоришь, это "что-нибудь" все-таки случится... хотя, надеюсь, обойдемся без крайностей... то я в любом случае успею закончить то, что намеревалась. В том числе, и с тобой. У тебя ведь куча вопросов? А сомнений еще больше? Я так полагаю, еще и припомнил кое-что... не отвечай, по глазам вижу. Так что объясняться все равно придется. Но делать это в лесу, да еще на ночь глядя - глупо. Так что потерпи до Золотых, а там мы все решим.

Стрегон на мгновение задумался. Но она уже доказала, что свое слово держит... когда хочет, конечно... да и татуировка молчала. Значит, или Белка действительно ответит на его вопросы в скором времени, или же очень искусно сейчас лжет. Правда, никаких подводных камней в ее словах он, как ни старался, так и не нашел.

– Хорошо, - наконец, отступил он.
– Тогда ответь мне всего на один вопрос.

– Какой?

Вот хитрюга! Почти впрямую говорит, что захочет - ответит, а захочет - нет! Он мысленно вздохнул, но все-таки решил не торопить события.

– Скажи, что случилось с тем эльфом, которому вы рискнули дать кровь оборотня?

Белка удивленно кашлянула.

– Откуда знаешь, что мы... впрочем, какая разница?

– Он мертв?
– напряженно уточнил наемник.

– Нет. С чего бы ему умирать?

Стрегон непонимающе поднял голову.

– Тогда что произошло? Почему вы отказались?

– Это уже не один, а целых три вопроса, - со смешком отозвалась Гончая.
– Но, если тебе так интересно, пожалуйста: да, мы действительно однажды испробовали этот состав на Перворожденном. На Светлом, если точнее. Разумеется, на добровольце... которым он стал вскоре после того, как рискнул сильно разозлить Владыку Элиара... ну, не в этом суть. Так вот, когда ушастый ее принял, мы ждали самого плохого, готовились даже к пышным похоронам, но ничего страшного не случилось - перевертышем он так и не стал. Зато почему-то на нем проявился весьма забавный побочный эффект - тот бедолага чуть в обморок не упал, когда поутру посмотрел в зеркало.