Он всмотрелся в незнакомцев еще внимательнее и только сейчас подметил одну небольшую странность: у всех троих оказались удивительно длинные и острые зубы. Прямо ненормально острые. Совсем как у Шира.

Лакр, наконец, распознал опасную желтизну в зрачках чужаков и поперхнулся: перевертыши!

– Расслабьтесь, свои, - хмыкнул Шир, когда Братья чуть сдвинулись, на всякий случай закрыв собой Тиля.
– Примерно с час уже, как нас почуяли, вот и не шевелятся, обормоты. Бло, Кри - хватит придуриваться. Если вас не заметили они, то я опознал, как минимум, дважды, потому что кое у кого до сих пор не хватает сноровки, чтобы проползти в храмовнике без единого звука. А кому-то... Бес, не отводи глаза... я по возвращении крепко всыплю за обгрызенный остролист и убитого недалеко от Границы оленя. Ты понял?

Желтоглазая троица разочарованно переглянулась и мигом перестала изображать туповатых увальней. Они подтянулись, выпрямились, расправили плечи. Согнали с лиц выражение сонной одури. Разом преобразились, встряхнулись. Движения их из неловких и угловатых стали точными и экономными, взгляды - прицельными и жесткими, как и должно быть у тех, кто не первый десяток лет бережет покой Золотого Леса. Правда, слова вожака заставили их немного скиснуть: заметил все-таки, ирод мохнатый, почуял издалека. Сразу-то промолчал, не стал попрекать за внимательную слежку, а теперь, вот, позорит перед всем честным народом.

У белобрысого даже физиономия вытянулась, когда суровый взгляд Шира полыхнул неудовольствием, а один из интариссцев с досадой сплюнул.

– Вот Торк! Как заметил-то? Мы ж следов не оставили!

– А шерсть?

Перевертыши дружно крякнули и смущено переглянулись: эх, знать бы, где упасть... но пока бегаешь волком, так легко забыться и начать метить территорию. Где спиной потрешься, сообщая нарушителям, чтоб держались подальше, где кору пообрызгаешь, где когтем царапнешь. А он поймал их на самом простом! Обидно, да?!

– Ладно, - хищно усмехнулся Шир, вдоволь налюбовавшись сконфуженными физиономиями подчиненных.
– Мы по делу пришли. Где Риглан?

– Как всегда: на воротах, - без особого энтузиазма отозвался белобрысый Охотник.

– Опять недоволен?

– А то! У него теперь каждый день отвратительное настроение.

– Ничего. Переживет, - довольно зажмурился Шир.
– Зато не надоедает по пустякам.

– Это точно. Как там Бел?
– с деланной небрежностью поинтересовался один из Охотников, однако Стрегон успел заметить, как беспокойно дернулась у него щека. Видать, крепко она их держала. Очень крепко. Даже без всякой магии.

Шир неопределенно пожал плечами.

– Нормально. Думаю, скоро сюда заглянет.

– Правда? Когда?
– моментально оживились перевертыши.

– Не знаю. В ближайшее время... может, завтра? Или даже сегодня?

– Что?!

Лакр запоздало вспомнил ее просьбу и мудро промолчал о том, что Белка вполне может вернуться хоть прямо сейчас. И вообще, с нее станется незаметно следить из-за ближайших кустов и тихонько посмеиваться в кулачок. А потом как выпрыгнуть, как выскочить, да ка-а-ак рявкнуть во весь голос...

– Ой, - вдруг странно посерел светловолосый, видимо, подумав о том же.
– А у меня еще броня не доделана - только с день, как Аллорену отдал. Наверняка ж не сделал, гад ушастый. Да шлем со вчерашнего дня не чищен. И сума прохудилась - некогда было подлатать. И сапоги скоро развалятся: думал, хватит еще на один рейд, а тут... где я теперь новые возьму посреди леса? Возвращаться, что ли?

– Мои возьми, - озабоченно нахмурился его сосед справа.
– Я все равно скоро дозором побегу. И шлем тоже - чай, не отрастил еще бестолковку побольше моей. Может, и пронесет?

Белобрысый огорченно вздохнул.

– Вряд ли. Это Шир у нас добрый: на мелочи не смотрит, а Бел... э-э-х... и чего ты не пришел на пару деньков попозже?

– Поговори еще у меня, - сухо отозвался Шир, ничуть не озаботившись чужими проблемами.
– Сам виноват, что амуниция ни к Торку. А то "не сделал", да "не было времени"... Бес, ты ведь знаешь правила.

– Мать твою! Как же я теперь-то?!

– Без понятия. Я тебя еще в прошлый раз предупредил: больше заступаться не буду. Попадешься снова - пеняй на себя.

Белобрысый Бес стал совсем несчастным и даже позабыл о чужаках, с величайшим интересом следящих за разворачивающейся драмой. Он жалобно оглянулся на приятелей, ссутулился, словно пойманный на воровстве соседских яблок мальчишка, которого вот-вот должна отодрать за уши строгая матушка. Но Кри и Бло, хоть и смотрели с неподдельным сочувствием, помочь ему ничем не могли. А потом переглянулись, подумали и как-то дружно заторопились.

– Проходите, что ли? Чего на пороге стоять? А нам еще надо пройтись, присмотреться, в парочку мест наведаться... Шир, пароль прежний. Там народ есть - откроют. Доброй охоты!