– Фигня, живот что-то прихватило, – нашелся он. – У нашего нового друга здесь, недалеко, оказывается, мамаша живет. У нее домашнего вина фляга, он нас угостить хочет. Давай, пропускай нас. Мы мигом.

Его товарищ неодобрительно скривился:

– Отстань от него, а? Вылезай и отпусти его на хер! Уедешь – шеф опять выступать начнет…

– Я же от всей души! – ясными и невинными очами пялясь на сомневающегося мента, поддержал версию Руслан. – Тут две минуты езды всего!

Заложник нервно зыркнул на водителя. Левое бедро тягостно ныло от ощущения близости опасной «игрушки», способной превратить в фарш всех, кто находится рядом. В то, что странный таксист с мертвенным взглядом без лишних разговоров отправит себя к праотцам, верилось очень легко. И желания испытывать судьбу не возникало ни капли. В мозгу болезненно мелькали мрачные фантазии: сдали нервы – взрыв – кишки на ветках; затекла рука – ба-бах – раздробленные кости и оторванные ноги; взмокла ладонь, и выскользнула скоба – бу-бум – развороченные ребра и кровища… Тянуть резину означало лишний раз рисковать. Надо хотя бы тронуться с места, и тогда, возможно, этот отморозок успокоится и вставит чеку на место. В злобе от собственного бессилия на друга пришлось наорать:

– Слушай, Бакыт, иди в задницу, не мешай работать! Тебе деньги не нужны? Вот и не лезь тогда! Открывай ворота давай!

Напарник, естественно, обиделся, пробурчал что-то нецензурное себе под нос и, махнув рукой, направился к полуоткрытому шлагбауму. Сдвинул его, освобождая проезд. На неторопливо прокатившийся мимо «Опель» даже не взглянул…

…Руслан деловито толкал кулаком ручку передачи, не выпуская «лимонки». В свете фар мелькали дома окраины столицы. Пассажир скис. По логике вещей, с ним пора было что-то решать, и он сам это чувствовал.

– Телефон дай, – потребовал Искатель. Алчный заложник без возражений, пыхтя и путаясь в застежках, достал мобильник, протянул своему похитителю. Маметбаев прижал руль коленом, чтобы не крутился, левой рукой взял мобильник и отправил его в темноту улицы. У хозяина девайса отвисла челюсть, но протестовать он не решился. Да и что толку? Падение на асфальт на такой скорости наверняка угробило чудо корейской техники.

Избавившись от средства связи, Руслан сбросил газ и припарковался.

– Выметайся, – посоветовал он. – Только «калаш» оставь. Я его через сотню метров выкину – подберешь, если надо. Не хочу пулю в спину получить.

Дважды повторять не пришлось. Здоровяк, путаясь в ремнях, стал поспешно покидать место вынужденного заточения. Выронил «сферу», она с глухим стуком откатилась куда-то в темень.

– Про меня забудь, – продолжал по-отечески наставлять таксист. – Даже не думай кипеж поднимать – меня не найдешь, а самого засмеют. Жадность тебя подвела, надо было брать штуку баксов и стоять себе на посту дальше.

Оказавшись на свободе, мент заметно осмелел.

– Да пошел ты, – процедил он сквозь зубы, пятясь подальше от опасной машины. – В задницу себе свои баксы засунь!

Руслан коварно оскалился. Резко выбросил руку в сторону бывшего заложника. Крикнул:

– Лови!

Бывший заложник грузно присел и тяжеловесно плюхнулся на брюхо. Ночь помешала Искателю насладиться выражением его лица. Но догадаться о чувствах и мыслях было не сложно. С визгом шин рванув с места, Маметбаев аккуратно зачековал гранату и спрятал ее обратно под кресло. До следующего раза.

– Ну, ты и псих, – донесся голос с заднего сиденья.

Иванов, обойдя палатку, по-хозяйски придирчиво оглядел ее кругом. Два часа работы превратили небольшой пустырь в парке за домом офицерского состава в неплохо оборудованный лагерь со своим генератором, связью, системой наблюдения. Оставалось решить вопрос с водой, но ликвидировать эту проблему он запланировал на утро. Группа вымоталась. А его любимое изречение гласило: «Кто не умеет отдыхать – не умеет и работать».

Майор втянул ноздрями, как гончая, ночной воздух, поднял голову к небу. Сквозь громадные прорехи в полупрозрачных облаках сверкало звездное небо. Черно-синее. Бездонное. Ветер гулял где-то там, высоко, почти не в силах сдвинуть с места затейливые нагромождения водного конденсата. Луна, еще недавно позволявшая спокойно расставлять палатки без искусственного освещения, медленно утонула в темно-серой дымке. И не обещала скоро появиться вновь. Сверху повеяло влагой.

– Командир, – вполголоса окликнул его Геня. – «Комара» надо запустить, добро даешь?