сумок, модной одежды и аксессуаров класса «люкс» под одноименной торговой маркой.

35 Богослужение состоит из 14 стояний, представляющих собой различные моменты Страстей Христа, а также

вступления и заключения. Традиционно на стенах католических храмов помещаются по периметру

четырнадцать картин или скульптурных композиций, соответствующих четырнадцати стояниям крестного

пути. Таким образом, молящиеся во время богослужения обходят весь храм.

завтраках в дождливые дни. Ки-Ки как раз из тех девочек, которые не откажут себе в

удовольствии солгать новенькой – не со зла, а просто, чтобы позабавиться.

– Не сразу, - ответила Ки-Ки. – Она какое-то время пыталась с ним помириться.

Названивала ему чуть ли не каждые десять минут, пока, наконец, его мама не сказала ей,

чтобы она больше не звонила. Потом Хизер стала посылать ему письма, угрожая что-нибудь

сделать – ну, знаешь, типа убить себя, если он к ней не вернется. Когда он не откликнулся,

она взяла папашин сорок четвертый, поехала к дому Брайса и позвонила в дверь.

На этом месте рассказ подхватил Адам, поэтому я поняла, что в деле, похоже, будет

фигурировать пролившаяся кровь.

– Ага, - продолжил он, вскакивая и изображая, как все происходило, при этом пачка

«Читос» служила пистолетом. – Мартинсоны праздновали Новый год – был как раз вечер

тридцать первого декабря, – поэтому они все были дома и все такое. Открывают они дверь, а

на пороге сумасшедшая девица с пистолетом у виска. И заявляет, что если они не позовут

Брайса, то она спустит курок. Но позвать-то Брайса они не могли, поскольку отправили его в

Антигуа…

– …надеясь, что малость солнца и серфинга успокоят его пошатнувшиеся нервы, -

вставила Ки-Ки, - поскольку ему, знаете ли, сейчас надо думать о поступлении в колледж. Не

хватало парню к тому же напрягаться из-за какой-то преследующей его девчонки.

Адам злобно зыркнул на перебившую его одноклассницу и продолжил, держа

«Читос» у виска:

– Короче, со стороны Мартинсонов это было огромной ошибкой. Как только она

услышала, что Брайса нет в стране, так тут же нажала на курок и разнесла себе заднюю часть

черепа, забрызгав мозгами и всяким дерьмом рождественскую гирлянду, которую

Мартинсоны натянули в честь праздника.

На этом месте все, кроме меня, застонали. У меня же на уме было другое.

– Пустой стул в классной комнате. Возле этой, как там ее, Келли. Так это место той

мертвой девочки?

Бернадетт кивнула:

– Ага. Вот почему мы подумали: так странно, что ты прошла мимо него. Словно знала,

что там когда-то сидела Хизер. Мы все решили, что ты экстрасенс или типа того…

Я не соизволила объяснить им, что причина, по которой я не села на место Хизер, не

имеет ничего общего с экстрасенсами. Вообще-то, я им ничего не сказала. У меня в голове

крутилась другая мысль: «Вот это да, мамочка, как мило с твоей стороны рассказать, почему

это вдруг для меня освободилось место, хотя прежде школа была так переполнена, что не

могла позволить себе взять еще одного ученика».

Я уставилась на Брайса. Из Антигуа он вернулся загорелым. А сейчас сидел за столом

для пикника, поставив ноги на скамейку, уперев локти в колени, и смотрел на океан. Легкий

ветерок шевелил прядь его белокурых волос.

«Он понятия не имеет, - подумала я. – Он совершенно не в курсе. Ты что, парень,

думаешь, у тебя паршивая жизнь? Так погоди немного.

Еще не вечер».

Глава 8

Долго ждать ему не пришлось. На самом деле, Хизер пришла за ним сразу же после

обеда. Хотя Брайс об этом, конечно, даже не догадывался. Я сразу же заметила ее в толпе

учеников, направляющихся к своим шкафчикам. Привидения вроде как светятся, в этом их

отличие от живых – и слава Богу, а то в половине случаев я никогда бы не заметила разницы.

Как бы то ни было, Хизер уставилась на Брайса, словно одна из тех белокурых

детишек из фильма «Деревня проклятых»36. Люди, не зная, что она там стоит, проходили

прямо сквозь нее. Я слегка им завидовала. Хотела бы я не видеть привидений так же, как и

другие. Знаю, это означало бы, что все эти годы я бы не наслаждалась компанией папы, но