— А что сделал этот человек? — спросил молодой Уилсон.

— Не таким, как вы, задавать подобные вопросы. Его осудили там, на месте. Его проступок — не наше дело, мы должны только помочь им, как они помогли бы нам. Кстати, на будущей неделе к нам придут два брата из Мертонской ложи, чтобы поработать в наших местах.

— Кто именно? — спросил кто-то из толпы.

— Лучше не задавать таких вопросов. Ничего не зная, вы ничего не сможете сказать, а, следовательно, не причините вреда другим или себе. Я знаю одно: эти братья чисто делают дела.

— Давно пора заняться делом, — произнес Тед Болдуин. — Здесь у нас люди совсем отбиваются от рук. На прошлой неделе десятник Блейкер выгнал троих наших. Ему пора отплатить, и он в полной мере получит заслуженное.

— Что получит? — шепотом спросил Мак-Мердо своего соседа.

— Заряд свинца, — со смехом ответил тот. — Что вы скажете о наших порядках, брат?

— Они мне вполне по душе, — сказал Мак-Мердо. — Тут у вас самое место для смелого парня.

Несколько Чистильщиков, сидевших рядом, услышали его слова и зааплодировали.

— Что там? — крикнул мастер с противоположного конца стола.

— Новый брат, сэр, находит наши обычаи по своему вкусу.

Мак-Мердо поднялся с места.

— Почтенный мастер, я хотел сказать, что когда вам понадобится человек, я почту за честь помочь ложе.

Ему снова зааплодировали. Чувствовалось, что над горизонтом показался краешек нового солнца. Некоторые из старших нашли, что светило поднимается слишком быстро.

— Позвольте заметить, — сказал сидевший рядом с председателем секретарь Харрауэй, седой человек с лицом коршуна, — брат Мак-Мердо должен подождать, пока сам мастер найдет нужным послать его на работу.

— О, именно это я и подразумевал. Я в вашем распоряжении, — сказал Мак-Мердо.

— Ваша очередь наступит, брат, — сказал председатель. — Мы отметили вашу готовность и полагаем, что вы будете хорошо действовать. Если хотите, можете принять участие в маленьком деле сегодня ночью.

— Я готов.

— В таком случае, можете сегодня поработать. Вы увидите, какое место мы занимаем в округе.

Мак-Гинти снова заглянул в список.

— Теперь, — сказал он, — следующий пункт. Выслушаем отчет казначея. Что у нас в кассе? Необходимо оказать помощь вдове Джима Карнауэя. Он погиб, работая для ложи, и мы обязаны позаботиться о его семье.

— Джима застрелили в прошлом месяце, когда братья собирались убить Честера Уилкокса, — сообщил Мак-Мердо его сосед.

— С кассой дело обстоит хорошо, — сказал казначей, держа перед собой отчетную книгу. — Все последнее время фирмы не скупились. «Макс Линдер энд Ко» заплатили пятьсот; братья Уокер прислали сотенную бумажку, но я самолично вернул ее и потребовал пятисотенной. Если я не получу денег к среде, их мельничный привод может испортиться. Нам пришлось уже сжечь их плотину в прошлом году, прежде чем они стали благоразумны. Затем Западная Угольная компания прислала свой ежегодный взнос. В кассе достаточно денег: мы можем выполнить все наши обязанности.

— А как обстоят дела с Арчи Свиндоном? — спросил один.

— Он продал все и уехал. Старый дьявол оставил нам записку, в которой говорит, что охотнее сделается свободным метельщиком в Нью-Йорке, чем останется крупным владельцем копей под властью шантажистов. Он умно сделал, что улизнул раньше, чем записка попала к нам в руки. Я думаю, он в долине больше не покажется.

Пожилой человек с бритым лицом и большим чистым лбом поднялся с противоположного прёдседательскому месту конца стола.

— Казначей, — начал он, — позвольте спросить, кто купил собственность человека, которого мы вытеснили из этой области?

— Брат Моррис, ее, разумеется, купила мертонская железнодорожная компания «Стейт энд Мертон».

— А кто купил копи Тодмэна и Ли, которые продавались в прошлом году?

— Та же компания, брат Моррис.

— Кто купил прокатный завод Менсона и Шумана, а также Ван Дегера и Этвуда?

— Все они приобретены этой компанией.