Шрифт:
— За что сидел Тимур?
Гоша исподлобья посмотрел на него. Этот тихоня, этот очкарик, похоже, не поддается обаянию его грубой силы. Его интересует только то, что касается его дела.
— Ты приехал сюда копать под меня? — негромко спросил Гоша.
Володя пожал плечами.
— Нет. Просто пытаюсь понять, кому было выгодно убийство Ивлева и Бригаднова. Пока получается — выгодно было вам... Может, найдется еще кто-то, но пока только это лежит на поверхности. Везде вы с ними пересекаетесь. И по своему непосредственному делу, и по финансовым отношениям... Они ведь вам, вернее, вашей корпорации, или как там вы называетесь, оставались должны? И подали заявление с обвинениями против вашей организации в прокуратуру. Верно?
— Я к тебе сам пришел, — сказал Гоша. — Просил, как человека.
— Что верно, то верно, — согласился Володя. — Вас я не приглашал. Но в следующий раз — почему бы и нет? Мне обещали выделить кабинет в областном УВД. Я вас приглашу туда для официального допроса.
— Человек ты или нет? — помотал головой Гоша. — Я к тебе со всей душой. Со всем, что наболело. Ведь только после ее гибели я осознал, что любил ее. Понимаешь?
— Однако вами сейчас руководит совсем другое чувство, — заметил Володя. — Месть.
— А что же, прощать такое? А если другой, кто неповинен, погибнет из-за нее? Мне ведь только свистни! Завтра же десяток приведут с добровольной сознанкой по всей форме... Ну тех, кому большие сроки грозят по их делам, а то и вышка... Но не хочу я этого. Я хочу в глаза посмотреть настоящему убийце. Иначе мне жизни не будет, поймешь ты это когда-нибудь или нет? А ты ко мне с Ивлевым и его замом пристал. Был бы я виноват, разве просил бы тебя?
— А почему вы меня просите? Разве мало вам других оперов и следователей в той же Москве? Обратились бы к генпрокурору или министру МВД, если к своим нет доверия.
— А ты мне понравился, — сощурился Гоша. — Сам полез в нашу малину, предполагая, что копать надо здесь, среди нас. Верно говорю? И ведь не испугался. Потому и проникся я к тебе.
Володя снова подошел к окну и посмотрел на улицу. Там возле «кадиллака» по-прежнему высилась громада Тимура.
— Хочешь, сдам его тебе? — вполголоса спросил Гоша.
— Кого? — не понял Володя.
— Ты ж его подозреваешь, — усмехнулся Гоша. — Разве я не вижу... Да я и сам его, если честно, подозреваю.
— Как же так? — сказал Володя. — Я что-то не врублюсь... Вы же говорили, будто он не способен предать. Вот только что говорили. И сами готовы его сдать?
— Именно так, — подтвердил Гоша. — Я и не отказываюсь. Он не предаст. Он за меня кого хочешь пришьет... И просить не надо.
Володя нахмурил лоб, стараясь понять Гошу.
— Разговор у нас без протокола и не записывается на магнитофон, верно? — спросил Гоша. — Вот я тебе все сказал как на духу. Больше из меня ничего не вытянешь. Любое другое слово — предательство. А я этого не хочу.
— Бросьте! — махнул рукой Володя. — Вы его уже сдали.
— Ничуть. Если не сделаешь, как прошу, найду Тимуру любых свидетелей, самое железное алиби обеспечат... И ни черта ты не докажешь!
Он поднялся с кресла и подошел к Фрязину вплотную. Потом взял его за грудки и прижал к стене.
— И живым отсюда не уйдешь, понял? И на себе, сукин крот, почувствуешь то, что почувствовали Ивлев и Бригаднов в последнюю минуту.
— Убери руки! — Володя резко, снизу ударил Гошу коленом в пах.
Тот скорчился от боли, потом сел на кровать.
— Ты ж мне так яйца отобьешь... — простонал он. — А они мне еще пригодятся...
Посидел, раскачиваясь от боли, потом поднялся.
— Откуда ты такой взялся? — спросил, глядя на Фрязина.
— Вам бы лучше уйти отсюда, — посоветовал Володя.
— Я же тебя могу одним пальцем... Могу! Но ты мне нужен. Пока.
Гоша подошел к окну, приоткрыл форточку и крикнул вниз:
— Тимур! А ну поднимись сюда! Триста седьмой номер! Тебя желают видеть. — Отошел от окна. — У него сорок шестой размер ноги, — зачем-то сообщил он Володе.
Володя спокойно смотрел на него.
— Ты же сам хотел его видеть? — сказал Гоша. — Вот я и позвал. А что такого? Ты же следователь или опер, в этом я не разбираюсь. Тебе надо раскрывать преступления. Помоги мне раскрыть мое дело, я помогу тебе раскрыть твоих два... Пальто когда тебе доставить?
— Желательно побыстрее. А то не в чем явиться в управление.
Гоша достал из кармана шубы нераспечатанную бутылку коньяка и сел, ссутулившись, на кровать. Спросил: