Жрецы переглянулись, а затем повернулись к юноше, который вел группу.

— Кто такой? — спросил самый старый жрец.

— Чужак, — ответил юноша. — Он пришел разыскивая Синир. Мы привели его к вам, по указанию Клерона.

Гедер направил лошадь ближе. Величие этого места пугало животное, но он крепко удерживал поводья. Старший жрец шагнул к нему.

— Кто ты? — спросил монах.

— Гедер Паллиако, сын виконта Паллиако Ривенхальмского.

— Мне не знакомо это место.

— Я подданный короля Симеона Антейского, — сказал Гедер. И, так как жрец молчал, — Антея — очень значительное королевство. По сути, империя. Средоточие культуры и власти Первокровных.

— Зачем ты здесь?

— Ну, — сказал Гедер, — это долгая история. Я был в Ванаи. Это один из Вольных Городов, или, вернее, был им. Сейчас уже нет. И я нашел несколько книг, и в них рассказывалось о… э-э… Они называли это Добрым Рабом или Синир Кушку и как предполагалось это место было задумано драконом Морадом во время падении империи а я подумал что если смог бы использовать разные описания того где это было сопоставив со временем когда оно было создано я мог бы… найти его.

Жрец нахмурившись смотрел на него.

— Вы не слышали о Добром Рабе, — спросил Гедер. — Случайно?

Он подумал, что будет делать, если тот ответит нет. Он не сможет заставить себя повернуть обратно. Не после того, как он увидел все это.

— Мы слуги Раба, — ответил жрец. Его голос звенел гордостью и убежденностью.

— Превосходно. Я уповал на это! Могу ли я… — Слова Гедера спотыкались друг о друга, он остановился, прокашлялся, и собрался с духом. — Я надеялся, если у вас есть архивы… Или если бы я мог бы побеседовать с вами. Узнать больше.

— Жди здесь, — сказал жрец.

Гедер кивнул, но человек уже отвернулся. Жрецы втянули повозку через щель в железных воротах, деревенским вернули точно такую же. Пока Гедер смотрел, жрецы исчезли в храме, а оставшиеся мужики помахав ему и, улыбаясь, пошли вниз по тропе, возвращаясь по домам. Гедер остался стоять на месте, разрываясь между желанием увидеть храм за стеной, и страхом остаться одному и не найти обратной дороги через горы. Механизм у основания ворот закрылся. Повозка, которую тянули за веревку, исчезла за камнями. Гедер сел на коня, стараясь не смотреть на пятерку слуг, он протащился через весь известный мир и эту пустоту. Вдали пронзительно кричал ястреб

— Должны ли мы разбить лагерь, милорд, — спросил оруженосец

Наступила ночь. Гедер сидел в палатке, ее стенки трепетали на ветру. За маленьким столиком, в свете единственной свечи, он читал книгу, которую читал уже более десяти раз, скользя глазами по тексту, и не вникая в смысл.

Чувства разочарования, непринятия, гнева постепенно копились в его животе, с растущей уверенностью, что они никогда не найдут выхода. Он так и будет сидеть у порога, словно нищий, пока не поймет намека и не захромает прочь. Назад в Кэмнипол, назад в Антею, назад ко всему, что он оставил.

Его путешествие подошло к концу. Не было ни малейшего повода двигаться дальше. Он пересек две страны, горы, пустыню только для того, чтобы его унизили в конце. Он перевернул страницу, так и не узнав, что на ней было, да и не особенно волнуясь об этом. Он представил, как дома рассказывает о путешествии. О провидце Ясуру, драконьих костях, таинственном скрытом храме. А после, спросят его. Что было после, господин Паллиако?

И он начнет лгать. Расскажет о выродившихся жрецах и их жалком, бессодержательном культе. Напишет отчеты, детально описывающие любые, пришедшие ему на ум извращения, которым те предаются в храме. Если бы не он, господин Паллиако, это место было бы безвозвратно утеряно для истории. Если его спросят, то он позаботится о том, чтобы его помнили.

А жрецам будет наплевать, так не поразвлечься ли? Придет утро, он соберет палатку и начнет обратный путь. Возможно, он сможет найти купца в одном из городов Кешета, который примет аккредитив, и купить приличную еду. Или остановиться в деревне и сказать, что жрецы наказали им отдать ему своих коз. Почему бы и нет?

— Господин! Господин Паллиако!

Гедер вышел из палатки как раз перед тем, как услышать эти слова. Оруженосец указывал на ворота из темного железа. Боковая дверца все еще была закрыта, но между двумя массивными створками образовалась глубокая тень, полоса тьмы.

Вышедший оттуда человек направился к ним. Затем еще двое с закрепленными за спинами клинками. Гедер махнул им, а его слуги поспешили зажечь факелы. Первый был огромен, с широкими бедрами и плечами. Он был безволосым, и его голова поблескивала в сиянии луны. В свете факелов его мантия казалась черной, хотя, на самом деле, могла быть любого темного цвета. Стражники за ним были одеты в те же одеяния, что и жрецы перед этим, но из лучшей ткани, а рукояти и ножны их мечей переливались зеленью.