– Давно пора это сделать.

– Сделаем, сделаем, не беспокойтесь... Вы, кстати сказать, где остановились в Самарканде?

Ташпулат смутился и покраснел.

– В Доме дехканина. Только на отдельную комнату не хватило... Я ночую во дворе. Всё-таки дешевле.

– Вот тебе и раз!
– искренне возмутился Алчинбек.
– Почему же во дворе? Сейчас осень, по ночам холодно... Я сейчас же дам указание, и вам выделят комнату. О деньгах не беспокойтесь - мы оплатим. Ведь вы же приехали не по личному делу, а по общественному... А заявление, написанное вашими друзьями, я завтра же ставлю на особый контроль. Зайдите ко мне через три дня, и я расскажу вам, какие будут приняты меры в первую очередь... А пока отдыхайте, гуляйте по Самарканду, посмотрите площадь Регистан, Гур-Эмир, Шахи-Зинда, мечеть Бибиханум... Всё будет в порядке, Советская власть народ в обиду не даст!

Ташпулат, несколько озадаченный неожиданным гостеприимством, поднялся, поблагодарил, пошёл к выходу. Алчинбек внимательно смотрел ему вслед.

Дойдя до дверей, Ташпулат остановился.

– Мне только одно непонятно...
– нерешительно начал он.

– Что именно?
– подался вперёд Алчинбек.

– Мы писали письмо товарищу Ахунбабаеву, а оно попало к вам. Почему так произошло?

Товарищ Назири скрестил на груди руки. В голосе у него зазвучали интонации строгого учителя:

– Товарищ Ахунбабаев - человек государственный. И отнимать у него время нельзя. Мы сами справимся с вашим делом. Не такое уж оно сложное.

Ташпулат вышел из здания Наркомпроса и медленно двинулся по улице. Через минуту за ним вышел Алчинбек.

И тотчас от ближайшего угла отъехала пролётка. Это был обыкновенный извозчик.

Пролётка медленно ехала за Алчинбеком шагах в двадцати позади него.

Ташпулат повернул за угол.

Алчинбек оглянулся.

– Эй, извозчик!

Пролётка остановилась. Алчинбек быстро влез в неё, поднял кожаный верх.

– Держи за парнем, который шёл впереди меня.

Извозчик оглянулся. Это был Кара-Каплан, он же гражданин Капланбеков, он же гражданин Карабаев.

Вот уже целый месяц разъезжал он по Самарканду под видом хозяина частного выезда. Иногда брал седоков, но чаще ждал Алчинбека там, где тот назначал ему встречу накануне. Деньги на покупку лошади, пролётки и аренду конюшни Алчинбек выдал Кара-Каплану из кассы подпольной организации "Союз тюрков".

Они обогнали Ташпулата.

– Запомнил?
– спросил Алчинбек.

– Запомнил, - ответил Кара-Каплан.
– Когда?

– Не позже завтрашнего вечера.

– Я уж думал, что вы поручите мне сегодня...

– Потерпи, придёт очередь.

По широкой и ухабистой улице самаркандского предместья рысцой ехали друг за другом на ишаках двое - Гиясходжа и шейх Сайд Агзамхан, он же хромой дервиш, он же археолог Арчибальд Лоу.

За кривыми глинобитными заборами вдоль обеих сторон дороги непрерывной полосой тянулись сады. Вот из одной калитки вышла на улицу девчушка с корзиной на голове, доверху наполненной виноградом. Звонким молодым голосом распевала она какую-то песню.

– "Эй, хорошие люди!.." - начала девочка новый куплет, но голос её заглушил гудок паровоза, пыхтевшего где-то неподалёку.

Она поставила на землю корзину и закрыла ладонями уши.

Мимо неё проехал на своём ишаке Гиясходжа. Девочка опустила руки.

– А я знаю, какую песню ты сейчас пела!
– раздался сзади приветливый мужской голос.

Девочка оглянулась. Мимо неё ехал на ишаке ещё один мужчина.

– Какую?
– кокетливо наклонила девочка голову набок.

Мужчина остановился.

– Эту песню, наверное, написал поэт Хамза.

– Правильно!
– обрадовалась девочка.
– А как вы отгадали?

– Очень просто, - ответил шейх Агзамхан, - сейчас повсюду, от Коканда до Самарканда, поют песни только одного Хамзы... А почему?

– А потому что они хорошие.

– Ну, в таком случае не продашь ли ты гроздь своего спелого винограда путнику, уставшему и умирающему от жажды после далёкого пути?

Девочка удивлённо посмотрела на хозяина ишака.

– Сейчас везде много винограда, урожай очень хороший. Не нужны мне ваши денежки, берите сколько хотите.

"Опять я, кажется, попал впросак, - подумал шейх Арчибальд.
– Да, жизнь в Туркестане сильно изменилась за эти годы. Нужно быть осторожным буквально на каждом шагу".

Он выбрал большую гроздь.

– Да будет беспечальной твоя жизнь! Желаю тебе хорошего жениха.

– А мне не нужен жених, - заложила девочка руки за спину.

– Почему?

– Я не буду выходить замуж, я буду учиться.

Агзамхан, чуть не выругавшись от досады на самого себя, ударил ишака пятками и поспешил закончить свой очередной неудачный разговор с местным населением.