Спустя час явился мистер Форрест — без мистера Фрая, и это показалось ей хорошим признаком.

— В кармине оказалось большое содержание масел, мэм. Слишком большое. Не знаю, как это случилось. Должно быть, по чьей-то небрежности. Или из-за некачественных примесей.

У Корделии подпрыгнуло сердце.

— Это может объяснить?..

— Без сомнения, мэм.

— Большое спасибо. Будьте добры передать мистеру Фраю, чтобы приготовил свежий краситель, а старый не выбрасывал — пусть мистер Фергюсон решит, как с ним поступить.

— Хорошо, мэм.

Внутренне ликуя, Корделия занялась какими-то счетами. Вернулся Симнел с куском материи.

— Прошу прощения, миссис Фергюсон, сушка не сработала. Ткань пачкает меньше, но все-таки…

Корделия поделилась с ним новостью мистера Форреста. Он слушал, не меняя выражения лица. Потом сказал:

— Ну, вот и хорошо. Необходимо выяснить, чья это халатность. Теперь нам придется изменить ритм и порядок работ.

Корделия устремила на него пристальный взгляд, всеми силами стараясь не показать своего торжества.

— Вы правы. И я надеюсь, что вы мне в этом поможете.

После обеда она встретилась со Стивеном недалеко от Гроув, и они поехали в Бернедж. Деревья из желтых стали золотыми и цвета меди. Толстый ковер из опавших листьев приятно шуршал под колесами. Сквозь кроны деревьев проникали неяркие солнечные лучи. Коттеджи казались свежеиспеченными булками с коричневатой корочкой. Они доехали до Нортендена и напились чаю в маленькой гостинице у реки. В воде отражались деревья. Корделия со Стивеном мало разговаривали: им было и так хорошо вместе. Сегодняшнее утро с производственными хлопотами отодвинулось на задний план, осталось приятным воспоминанием об одержанной победе. Сейчас для Корделии имели значение лишь ее отношения со Стивеном. Она хотела — и стеснялась сказать ему об этом.

Его мучила мысль: "Она все еще не знает правды. Обязательно нужно сказать — и как можно скорей! Но как решиться нарушить гладкое течение этого дня? Поставить любимую женщину перед фактом: "Делия, я женат. Это была ошибка, но жена не дает мне развода"? Но какая разница? Мы все равно не можем пожениться, пока Брук… Одним препятствием больше…"

— Сегодня совсем не чувствуется осени, — вымолвила она. — Точь-в-точь весна. Тепло и пахнет сливочным маслом. Это напомнило мне поездки всей семьей на пикник — когда мне было пять лет.

— Хочешь, возьмем лодку?

— Нет, спасибо. Но, может быть, ты сам…

Он покачал головой. Они еще немного помолчали. Корделия начала тихонько напевать:

— Тебе хорошо, Корделия, — прямо сейчас? По крайней мере, мне удалось хоть это.

Она просияла.

— Сейчас мне море по колено. А вот вчера… я проснулась среди ночи и подумала: неужели все это происходит со мной? И до утра стонала и металась от ужаса. Зато сейчас… Ты, должно быть, колдун. Умеешь подчинять своей воле.

— Здесь нет никакой загадки. Просто все мои усилия направлены на то, чтобы помочь тебе познать себя, превратиться из скованной, сухой — в нежную и любящую. И еще я помог тебе забыть, что ты замужем за Бруком. Ведь правда?

— Да, — согласилась Корделия. — Во всяком случае…

— Единственное, о чем я жалею, — продолжал Стивен, — это то, что мои чары бессильны защитить тебя от ночных тревог. Каждое утро я просыпаюсь счастливый оттого, что снова увижу тебя. Тебя все еще мучают угрызения совести?

— Время от времени.

— Стоит ли терзаться из-за Брука? Ты никогда его не любила. Ему и так хорошо в Лондоне. С глаз долой — из сердца вон.

Эти слова помимо его воли слетели с губ. Корделия мигом отреагировала;

— Скажи, Стивен, почему в тебе словно уживаются два человека?

— Правда? Не знаю, — он отхлебнул из чашки. — Может быть, ты и права. Но разве мы не все такие? В тебе так не менее шести человек — ты каждый день другая.

— И все симпатичные?

— Просто обворожительные! Но ты еще что-то хотела сказать обо мне?

— Не помню.

— И что, один из двоих нравится тебе меньше другого?

Она метнула в него лукавый взгляд из-под ресниц.

— Вопрос так не стоит — "нравится — не нравится". Но иногда мне кажется, что я тебя понимаю и у нас все хорошо, а иногда ты вдруг говоришь такие вещи… словно чужой. И я чувствую себя одинокой.