— Игорь, давай влево!

Ещё до боя Павел присмотрел густую посадку деревьев. Она шла параллельно полю боя. Сейчас самоходка Павла под прикрытием дыма двинулась туда. Павел задумал пройти за деревьями метров триста и ударить во фланг, по боковой броне.

Самоходку раскачивало и кидало на кочках, как утлую лодочку при сильном волнении. Два дерева, мешавшие движению, были снесены бронированной машиной, как спички.

— Тормози! Теперь вправо, потихоньку…

Самоходка медленно ползла по лесопосадке.

— Стой.

Качнув стволом, САУ замерла.

Ох, какая удача! Самоходка вышла прямо во фланг. Павел даже без оптики различал значки и номера на бортах немецких танков.

Пока самоходка Павла не стреляла, и немцы его не видели.

— Василий, сейчас в темпе будешь заряжать бронебойным. Толя, стрелять пока буду я.

Павел поймал в прицел борт ближайшего танка и нажал спуск. Не дожидаясь результата, навёл прицел на другой танк, немного подальше. Выстрел! СУ-85 пробивала в лоб T-IV с дистанции 800–900 метров. Сейчас дистанция была значительно ближе, а боковая броня — тоньше.

— Доверни влево! — скомандовал Павел водителю.

Самоходка дёрнулась, разворачивая корпус влево.

— Хорош! — остановил его Павел, лихорадочно крутя маховички прицела. Надо было успеть сделать пять-шесть выстрелов как можно быстрее. А потом дать задний ход и спрятаться за деревья, иначе немцы с первого же выстрела подобьют самоходку. У неё лобовая броня всего 40 миллиметров, и угол наклона брони маленький. Снаряд немецкого 75-миллиметрового орудия её насквозь пробьёт. Лоб самоходки с трудом выдерживал удар 50-миллиметровых снарядов. Что и говорить, не танк.

Павел сделал ещё выстрел по танку, потом в прицел попался бронетранспортёр. Он выстрелил и по нему. Угла поворота пушки по горизонтали не хватало, и Павел скомандовал:

— Задний ход!

Он уже заметил, что его засекли, и башня одного из танков поворачивается в его сторону. Подбитые им танки и бронетранспортёр горели.

Самоходка заползла в лес.

— Теперь вправо, и дави на газ.

Задним ходом они проползли метров сто, и Павел скомандовал:

— Стой!

Потом он откинул люк и прислушался. На поле боя гремели выстрелы, ревели моторы, но далеко.

Павел опасался, что один из танков пойдёт в посадку по просеке, оставленной самоходкой.

— Игорёк, теперь снова через посадку.

Самоходка, свалив дерево, выползла к полю, но не вся, а только ствол высунулся, корпус же с боков прикрывали деревья.

Прямо перед Павлом, на дистанции четырехсот метров двигался танк.

— Толя, он твой!

Наводчик навёл пушку и выстрелил. Есть попадание! Жалко только, что в моторный отсек.

Танк вспыхнул и встал. Из распахнувшихся люков стал выбираться экипаж. Такое попадание для экипажа подбитой машины — как выигрыш в лотерею. Танк сгорает, а экипаж жив. Когда же снаряд попадает в боевое отделение, выживают немногие.

Полюбоваться горевшим танком не удалось. По самоходке застучали пули. Стреляли с бронетранспортёра трассирующими пулями, явно указывая танкам цель.

— Толя, осколочным его!

Наводчик навёл пушку на бронетранспортер. Выстрел! Зачем тратить бронебойный снаряд, когда броня у бронетранспортёра 10 миллиметров. С него и осколочной гранаты за глаза хватит.

После попадания бронетранспортёр остановился. Он не горел, но и не двигался, и пехотинцы не покидали его. Но своё чёрное дело он сделал. В сторону самоходки Павла сразу повернулись башни двух танков.

— Задний ход и влево! — скомандовал Павел.

Самоходка дёрнулась, подминая деревья, и пошла назад. Деревья укрыли её, но один танк успел выстрелить. Самоходка остановилась.

— Игорь, что?

— Похоже — гусеница или каток.

— Смотри.

Игорь выбрался из машины.

— Парни, взять автоматы и гранаты и занять круговую оборону.

Заряжающий и наводчик выбрались из машины и залегли по обе стороны от неё. Павел до пояса показался из люка.

— Игорь?

— Каток направляющий разбит и у гусеницы — два трака.

Траки — мелочь, заменить их — дело получаса, тем более что на каждой самоходке и на каждом танке запасные траки возили с собой на броне. А вот каток — хуже. В полевых условиях его не сменишь. Самоходку надо буксировать на место дислокации батареи, там инженерно-техническая служба решит, смогут они заменить сами или отправят машину в тыл. Вот незадача! А поначалу бой так хорошо складывался.

Павел решил пройти через посадку, узнать обстановку. Осторожно выглянув из-за кустов, он увидел, что единственный немецкий танк пятился задом, отстреливаясь из пушки. Несколько бронетранспортёров тоже убирались задним ходом с поля боя. На них ползли четыре наших самоходки. С коротких остановок они вели частый огонь, целясь по танку. Оно и понятно. Стоит подбить танк, как бронетранспортёры станут лёгкой добычей.