«Ну, будь, что будет», – решил я и громко заорал:

– Не стреляйте! Сдаюсь.

– Брось оружие! – тут же ответили мне. – Руки за голову и медленно поднимись.

А еще через мгновение я увидел двух рэйверов. Они осторожно подбирались ко мне, прячась за искусственными укрытиями. Ни Бруно, ни Смита среди них не было, зато сразу возникло ощущение, что эти парни – настоящие профессионалы. Черт! Откуда Стрэдфорд сумел откопать их да еще научить передвижению по вирталу за такое короткое время?

– Это он? – один из рэйверов задал вопрос своему напарнику по компьютерной связи, не сообразив, что я тоже могу его слышать.

– Кто же еще? Он самый, – ответил второй рэйвер и направил ствол автомата прямо мне в переносицу.

– Не стреляй! – раздался в наушниках голос первого спецназовца.

– А приказ полковника Блэкмора?

– К черту полковника! Ты видишь, куда нас забросили? Отсюда даже в реал выйти нельзя. Посмотри лучше, что с ребятами.

Второй рэйвер подчинился и, сторожко озираясь, быстро обследовал лежащих. Потом выпрямился и сообщил дрогнувшим голосом:

– Мертвы…

– Та-ак, – протянул первый. – Хорошенькое дело… Чует мое сердце, что нужно уносить ноги. Этот пойдет с нами.

– Но у нас же приказ!

– А кто об этом узнает? Доложить полковнику можно все, что угодно.

– Я не могу рисковать! Если они засекут его в реале, мы с тобой пойдем под трибунал.

– Сначала нужно отсюда выбраться! Мы влипли, неужели до тебя это еще не дошло? Парень знает виртал, может он понимает, что происходит?

– Ладно, – сказал я, и оба, вздрогнув, повернули головы в мою сторону, – хватит ругаться и спорить. Насколько я понял, вы решаете, не пристрелить ли меня прямо сейчас. А еще мне кажется, что вы не очень представляете, в какую переделку попали. Врать не буду: ответов на многие вопросы я не знаю. Однако, выбраться отсюда хочу не меньше вашего. Мне кажется, что вместе шансов у нас больше. Решайте. Надеюсь, у вас хватит храбрости оставить меня в живых…

– Ну, что, Фрэнк? – спросил рэйвер, бывший на моей стороне.

– Черт с тобой, – ответил Фрэнк, бывший судя по голосу, совершеннейшим пацаном. – Но учти, Стив, как бы нам не оказаться в еще худшем положении, когда мы выберемся.

– Можно подумать, ты своей Молли никогда не вешал лапшу на уши? Не дрейфь, врать – не гранаты бросать.

И я облегченно вздохнул, радуясь, что моя смерть опять откладывается на неопределенное время.

Новые знакомцы служили в подразделении виртуального спецназа.

– Дожили, – хмыкнул я. – А дальше что?

– Не понял? – переспросил Стив.

– Это я так… Мысли вслух.

До меня наконец дошло, что виртуальностью занимались гораздо плотнее, чем я мог себе предположить. Если что-то известно ЦРУ, значит, об этом знают и в Пентагоне. Можно считать, что это закон. Но до каких глубин могли докопаться там, я даже представить себе не мог. Ведь на военное ведомство работали лучшие умы нации, да и не следовало забывать, что основная расходная статья бюджета выделяется на его нужды.

И тогда я понял, что все, с чем мне приходилось сталкиваться до сих пор, было лишь детским лепетом, что виртал – это не только курьеры и чисто теоретические исследования, что наш отдел в ЦРУ – всего-навсего официальная вывеска, за которой скрывались по-настоящему серьезные разработки военных.

Через год, может, два, нашу планету ждал холокост. И никто уже не в состоянии был что-то изменить. Военное преимущество всегда заканчивается войнами. Так мы устроены – зариться на чужое, коль есть силы его отобрать.

Интересные, вообще-то, у нас людей моральные принципы: когда человек грабит человека – это разбой, когда одно государство другое – война. Нет, конечно, есть и военные преступники, но в их число записывают, по обыкновению, лишь особо «отличившихся», типа фашистов или национал-экстремистов. Остальным же все прощается. Война без крови, сами понимаете, не бывает…

– Нет, нас готовили, конечно, для работы в виртуальности, но ведь никто не объяснил, что здесь можно столкнуться Бог знает с какой дрянью…

Это уже Фрэнк не выдержал.

– У вас что, первый рейд? – поинтересовался я.

– Естественно, – буркнул мальчишка. – И сразу такое…

– Хватит, – перебил напарника Стив. – Пора уходить отсюда.

– Подожди, – попросил его я. – Что здесь все-таки произошло?

– А то ты сам не видел! – вскинулся Фрэнк.

Пришлось признаться, что некоторое время я находился в отключке. Фрэнк пренебрежительно хмыкнул, но Стив сердито кашлянул, и мальчишка заткнулся.

– Пальбу эти уроды начали, едва мы проникли в зал, – заговорил старший рэйвер. – В первые секунды я на них и внимания не обратил, мы же не играть сюда пришли. Но тут вскрикнул Митрески, а потом упал сержант… Нет, ты скажи мне, с каких это пор раны, полученные в виртале, стали смертельными? Ты о чем-нибудь подобном слышал?