– В узких проливах наш маневр не удался бы. – И лишь кентарх Михаил услышал нотку усталой раздражительности, что мелькнула в голосе базилевса, раздражительности или… брезгливости. – Викинги только и ждут, чтобы броситься в рукопашную, где не имеют равных. Окажись они на наших галерах, мы потеряем флот. Нет, у меня припасено кое-что другое…

Базилевс обратился к Михаилу:

– Я думаю, они разделятся. Пойдут на штурм и с суши, и с моря. Пошли фему Никифора им навстречу. Но основные наши силы остаются за стенами. – Глаза базилевса сузились, и он задумчиво добавил, словно выдохнул: – Кое-что другое… Огонь Льва пора перенести к цепи.

Небо греков обжигало глаза и сердца воинов своей синевой, а там, где сливались моря, раскинулся сказочный город, который с придыханием именовали Царьградом.

Часть кораблей была выброшена на берег, где воинов князя Олега ожидали построенные «черепахой» легионы Империи; большая же часть драккаров устремилась по заливу Золотой Рог на штурм городских ворот.

На крепостной стене Царьграда, способной выдержать осаду любой армии, стояли оба императора – базилевсы Лев и Александр отдавали приказания своим военачальникам. Здесь же находился посол Велизарий.

– Поднять цепь! – громко приказал базилевс Лев VI. А потом, глядя на Александра, добавил: – Болгарин не врал. Их корабли действительно затмили горизонт.

Открывающаяся со стен картина была пугающей. Все море и пролив были в кораблях руссов. В предместьях города горели богатые виллы знати.

– Проще было с ними договориться, – в сердцах процедил базилевс Лев.

– Им не войти в Золотой Рог! – не без надменности возразил Александр.

– Две тысячи кораблей, – с тревогой покачал головой Велизарий. – Кто мог ожидать, что Олег соберет такую рать?!

– Ты! – с укором бросил ему Лев. – Ты должен был ожидать!

– Вперед, Скёльдунги! – крикнул князь Олег, спрыгивая на берег. Авось, Фарлаф и Свенельд, подняв оружие, следовали за князем. Здесь же был и древлянин Лад – он выказывал себя храбрым и искусным воином.

Впереди их ждала ощетинившаяся, укрытая щитами «черепаха». Легионы в сплошном панцире брони казались неуязвимыми.

Княжич Игорь тем временем вел корабли по заливу на штурм городских ворот.

Раздались низкие звуки рога. Огромные колеса, снабженные шестернями, пришли в движение, и из воды, перекрывая вход в залив, стала подниматься массивная тяжеловесная железная цепь. Некоторые ее звенья были опутаны водорослями. Первые же корабли руссов уперлись в нее и беспомощно закачались на волнах, не в состоянии продолжать движение. Гигантская цепь тянулась от стен города до противоположного берега залива.

– Вытащим корабли на берег и перенесем их за цепь! – скомандовал княжич Игорь. Он посмотрел на городскую стену: цепь тянулась от мощной башни, за зубчатой стеной которой у бойниц укрывались защитники города. Но рядом с башней, над берегом, цепь висела достаточно высоко, и под ней запросто можно было протащить корабль волоком.

Первые же атаки руссов на «черепах» были отбиты прекрасно обученными легионерами Империи.

– Кусаются! – глядя на стройные ряды противника, обронил Фарлаф. И не удержался от похвалы: – Хорошие воины.

Лад вложил свой меч в ножны.

– Вот где бы не помешал мой самострел, – сказал он.

Фарлаф глянул на него с интересом.

– Какая прекрасная мысль! – непонятно похвалил берсерк.

Рас-Тархан, как и обещал, привел на помощь Олегу часть своих всадников. Фарлаф посмотрел на укрытую броней «черепаху». Потом на хазарского военачальника.

– Доблестный Рас-Тархан, – обратился к нему берсерк, – не найдется ли у тебя нескольких храбрых воинов?

– Во всех моих воинах достаточно храбрости, – отозвался Рас-Тархан.

– Э-э, я имею в виду – легких, – уточнил Фарлаф, и глаза его при этом хитро заблестели. Берсерк предпочитал воевать пешим, но сейчас объяснил Рас-Тархану, почему готов сделать исключение. Хазарин посмотрел на него изумленно, потом усмехнулся:

– Можно попробовать.

Олег в это время строил гридней для новой атаки. Когда он увидел, чем в это время занят берсерк, князь лишь проговорил, опешив:

– Да он рехнулся!

С длинным тяжелым и крепким копьем Фарлаф на хазарском коне помчался на построенный легион. Рядом с ним с одной стороны скакали легковооруженные хазарские всадники, а с другой – всадники с пучками длинных копий. Перед самой «черепахой» Фарлаф резко развернул коня вдоль вражеского строя, подхватил из седла на свое копье легкого хазарского воина и, не сбавляя хода, опустил хазарского воина в самый центр «черепахи». Он в буквальном смысле швырнул его на врагов. Фарлафу бросили еще копье, – и еще один хазарский воин обрушился на «черепаху», сея разгром в безупречно выстроенных рядах.