Она никогда не выезжала за пределы Аппалачи, не видела океан или пляж. Он с трудом мог это представить. Она и понятия не имела, как пахнет морской воздух, не знала, как на ступни накатывает волна. Как бы она на это отреагировала?

Пожалуй, не так, как он бы ожидал.

– Мир я видел, Элизабет, объехал несколько раз вокруг света. Всё слишком переоценено. И у меня нет семьи, которую я бы мог назвать своей.

– А сейчас ты развлекаешься чтением своей книги?
– Её красные ногти легко скользили по рисунку обивки кушетки.
– Какая запись последняя в твоём гроссбухе?

– Это будет смертный по имени Деклан Чейз. Если выживет. Он тот, кто обладает воспоминаниями о кольце.

– Если он выживет. Ты его ранил?
– спросила Элли. Она только что подавила зевок?

– Не я. Демон вчера вонзил в него меч. Но я дал ему свою кровь, чтобы сделать бессмертным.

– Разве это не супер-важная штука? Ведь смертные тебя умоляют и всё такое. Ты, вроде, сказал, что это бесценно?
– Она устроила свою голову на подлокотнике кушетки.

– Мне очень нужна была с ним связь. Хотя я вёл себя так, будто необходимость дать ему кровь меня раздражает.

Лотэр припомнил свою уловку, простой, но элегантный план, и затем кульминация - Чейз без сознания, его рот раздвинут, чтобы заставить его принять вампирскую кровь.

Даже при том, что Блейдмен считал её отравой, ядом для его вен...

– Сейчас я могу засечь его где угодно на земле, в любой момент, - продолжал Лотэр.
– Могу прочесть его мысли, если он поблизости. Да, смертная, при правильном стечении обстоятельств, я могу читать мысли. Ещё одна деталь, в которой я тебя превосхожу.

Она от удивления раскроет рот, поднесёт руку к виску, боясь, что он читает прямо сейчас её мысли...

Тишина. Он взглянул на неё; руки сжались в дрожащие кулаки.

Элизабет, похоже, спала.

Когда он, наконец, открылся и в действительности беседовал с кем-то, когда показал ей эту грёбанную книгу - она просто уснула? Он ей наскучил?

S'uka!

Он боролся с искушением, чтобы не телепортировать её в центр вурдалакской потасовки и посмотреть, проснётся ли она тогда?

Он склонился над ней, чувствуя, что захвачен врасплох поведением этой смертной.

И тем, что он никогда не может его предсказать.

Сквозь биение собственного сердца он слышал ровное дыхание Элизабет. Во сне она выглядела мягче, даже моложе. Такая прекрасная, но потенциала явно не достаёт.

Она казалась вполне смышлёной - за исключением, конечно, случаев, когда спорила со мной

– но в остальном совершенно не заслуживала внимания, не имея никаких талантов, которыми могла бы гордиться.

Её тело было подтянуто - результат всех её походов на дикие территории - но не выглядело подчёркнуто спортивным. Она не играла ни на каком музыкальном инструменте и говорила лишь на одном языке - причём скверно.

Не будь Саройи, Элизабет так бы и влачила своё жалкое существование, как это делала её отвратительная мамаша. Одежда из секонд-хенда и дешёвые духи в грязном, протекающем трейлере.

По крайней мере, сейчас Элизабет служила высшей цели.

Когда её дыхание стало более глубоким, её рот приоткрылся, а стук сердца стал звучать убаюкивающе. Как метроном... как волны, которых она никогда не видела.

Эта смертная так молода.

Разглядывая её сейчас, он почти забыл, насколько сильно ему были ненавистны люди.

Почти.

Его мысли прервались, когда он неожиданно зевнул. Наблюдение за спящей девушкой умиротворяло. Его Невеста - по крайней мере, её тело – могло его успокаивать.

Могу ли я этим воспользоваться?

Отстегнув свой меч, он снял ботинки и стянул с себя рубашку.

Сейчас я усну.

Сейчас придут воспоминания.

Телепортируясь в свою постель, он думал:

"Твои дни сочтены, юная Элизабет".

Элли разбудил стон. Мужскойстон.

Раскрыв глаза, она обнаружила себя свернувшейся калачиком на кушетке в спальне вампира. Наощупь протянув руку, она включила стоящую рядом лампу, дававшую достаточно света, чтобы увидеть Лотэра.

Он спал в своей кровати.

Она встала и направилась к нему, гадая, покажется ли он ей и сейчас симпатичным, когда она отдохнула и отошла от шока.

Подойдя к кровати, Элли согласно вздохнула. Как можно быть таким ущербным умственно и духовно - и в то же время таким ошеломляющим внешне?