Шрифт:
– Не знаю. Может, кто-то уже подсуетился вместо нас?
– Начальство все отрицает.
– Может, они и подстраховались?
– Может… Стоп, вот они прорываются.
– Слушаю вас, Первый.
– Тут вот какое дело, Охотник, номер и судно подходят под наш код, но этого судна не существует. Его нигде нет и вообще это устаревшая серия. Их сняли с вооружения несколько десятков лет назад. Точнее узнать сейчас невозможно.
– А может, он давно там стоит, с тех самых пор?
– Может быть, Охотник, этой станции много лет, может, когда-то кто-то к ней и швартовался.
– Но станция вражеская, сэр, а челнок наш. Может, кто-то уже пытался нейтрализовать этот объект?
– Все может быть, Охотник.
– А если я решу швартоваться к челноку, а не к борту или технологическим люкам?
– Что это даст?
– К челноку встать проще, там штатная дверь предусмотрена. А сам челнок, возможно, уже сошлюзован со станцией.
– В любом случае, Охотник, все это на ваше усмотрение вам виднее. Вот и сам Первый, рядом со мной, полностью поддерживает ваше решение.
42
Лейтенант помедлил несколько секунд, собираясь с мыслями. Нет, лучшего решения он не видел.
– Внимание, отряд! Готовность два!..
По ряду скамеек прокатился лязг, когда в оснастке бойцов включились локальные гравитационные соленоиды. Теперь даже в невесомости бойцы могли надежно закрепляться на любом объекте.
– Пилот!
– Слушаю, командир.
– Швартуйся к челноку.
– А… точно? – неожиданно дрогнул Келвин.
– Если видишь опасность – доложи, если нет – выполняй приказ!
– Слушаюсь, сэр. Идем на швартовку.
Пилот запустил двигатели, и челнок на самой малой тяге стал обходить станцию кругом, чтобы догнать вращающийся вместе с корпусом челнок.
Система обнаружения и слежения станции тотчас заметила активацию пассивного объекта, орудийные башни нервно дернулись, открылись и снова закрылись крышки контейнеров с ракетами ПВО, однако на таком близком расстоянии вся эта мощь была бессильна.
В погоне за местом для швартовки челнок с коммандос на борту совершил целый оборот, а затем вращение станции вдруг прекратилось и пилоту пришлось включать реверс, чтобы не проскочить мимо.
После торможения пилот сумел ввести координаты точки швартовки, и автоматика сама взялась за рулежку.
На стекле шлема лейтенант Бербант видел приближение брошенного челнока. Судя по шероховатости его корпуса, он уже давно находился здесь и подвергался бомбардировке космической пыли, но все же выглядел значительно моложе самой станции.
Лейтенант поднялся и скомандовал:
– Отряд – готовность один!
И тотчас солдаты поднялись со скамеек и стали крепить поводки к траверсе безопасности.
В случае резкого удара при жесткой швартовке или неожиданном обстреле поводки помогали устоять на ногах и продолжить движение к выходу.
Корпус станции снова чуть повернулся, а с нею и брошенный челнок. Пол десантного корабля завибрировал от дробных импульсов рулевых сопел – автоматика корректировала траекторию.
– Девять… восемь… семь… шесть… – начал отсчитывать пилот, и солдаты замерли, ожидая удара, однако автоматика справилась хорошо. Лязгнули магнитные захваты и корпуса челноков плотно соединились шлюзовыми проставками.
– Утечка ноль, командир.
– Понял. Отряд – внимание!
Приставным шагом лейтенант преодолел три метра до десантной двери, поднял автомат и, выждав секунду, сказал:
– Давай!
Пилот включил привод, и створки разошлись – за ними были створки брошенного челнока.
– Есть связь с его приводами, совмещение полное! – сообщил пилот.
– Хорошо… Включай…
Раздался щелчок, и створки старого корабля разошлись так легко, словно и не стояли без дела десятки лет.
Узкий луч фонаря на стволе автомата скользнул в темноту, и лейтенант шагнул на неизведанную территорию.
– Второй и Третий – за мной. Остальные по интервалу!..
Тут был почти такой же десантный отсек, как и в их челноке. Может быть, чуть другие скамьи и другого цвета страховочные ремни, зато замки на них той же конструкции.
Полоснув лучом чуть дальше, лейтенант увидел солдата. Тот лежал поперек прохода лицом вниз, положив левую руку под себя, а вторую отбросив вперед. Рядом валялось оброненное оружие, но броня и оснастка выглядели неповрежденными, а знаки различия говорили о том, что это капрал.