Шрифт:
Правда, бортовой компьютер этот файл изъял, полагая, что в центральном хранилище тот будет целее.
И снова потянулась вереница ежегодных тестов, однообразных, но очень нужных. Бортовой компьютер станции знал, что «гвардер» исправен, а стало быть, можно спокойно следить за поверхностью планеты и разносить всякую цель, подходившую под указанные параметры.
И вдруг «гвардер» снова был разбужен призывным сигналом, и это не был призыв к тестам. Патронный магазин был полон, аккумуляторы заряжены, а в расчетном блоке снова лежал тот самый файл с прошлого задания.
Робот вышел из ниши, сделал несколько разминочных движений, повышая температуру сервоприводов, и двинулся согласно схеме – наперехват нарушителя границы.
Где-то он шагал по рифленым панелям пола, где-то по стойкам с аппаратурой, а где-то и вовсе по потолку, на станции это не имело значения.
«Гвардер» в точности повторял прошлый маршрут, что-то менять сейчас не было смысла. Еще три шага вперед, потом вниз, затем на стену и замереть возле угла, где и в прошлый раз он ожидал приближения целей.
А они уже были на борту, они уже нарушили все границы, но пока приемная панель объемного датчика рисовала лишь размытые образы.
Но и этого уже было достаточно, ведь у «гардера» был тот самый файл, а значит – опыт. В прошлый раз он видел, практически, то же самое и архивные образы почти полностью соответствовали новым.
Характер движения, размерность, динамика, спектр излучений.
Робот подвигал подачу патронов, очень тихо и осторожно. Никаких намеков на отказ. Так и должно быть.
Звуки все громче, клацание магнитных панелей, шорох дыхательных магистралей, тихий скрип оснастки. Робот не торопился, у него был опыт и он знал, когда ему выходить. А когда, наконец, «гардер» выскочил из-за угла и прикрепился к стене, все мишени у него были в сетке прицеливания.
Пушка привычно ударила тройными зарядами, и цели стали валиться одна за другой, но вдруг автоматный заряд врезался в стену возле опоры и «гардер» сделал перескок.
И снова частый огонь из пушки, пауза для оценки температуры стволов и снова огонь.
Цели старые и цели новые, казалось, совсем перепутались, но у робота был файл и он хорошо помнил, которые из целей остались с прошлого раза – их он отмечал синим.
Пробежав по стене, «гардер» выглянул в знакомый отсек старого челнока. Три цели – три залпа.
Он спустился на пол и повел датчиками, замечая следы электростатики.
Позади него была кабина, но туда он ходил в прошлый раз, и с тех пор поле статики было не потревожено.
Робот сделал пробежку до следующей двери и выглянул в модуль следующего шаттла – никого. Тогда – в кабину, где он быстро нашел цель.
Снова удивленное лицо под стеклом шлема, какой-то невнятный возглас и – залп.
Задание выполнено.
44
В первое мгновение майор Понан не понял, что сказал капитан Двоор. Он отчетливо услышал каждое слово фризонтала, но отказывался в это поверить.
– Что вы сказали, капитан? – переспросил майор, не замечая, что пролил на брюки настой сладкой окии. На брюки парадного костюма!
– Судя по всему, сэр, вся группа уничтожена, – повторил Двоор, у которого от этих слов запершило в горле. А ведь все шло так хорошо.
– Ты… Ты мне этого не говорил, подлый фриз… – прошипел Понан и попытался встать из-за стола на ослабевших ногах. – Ты мне это… не смей, слышишь?
– Это война, сэр, тут ничего не поделаешь.
– Какая такая война? Что ты мелешь?!
Майор наконец вывалился из-за стола и едва не упал на четвереньки.
– Что я скажу его превосходительству Ниму Роттеру? Ты знаешь, что он с нами сделает? И с тобой тоже, умник! Думаешь, я не замечал, как ты на меня поглядывал? Как ты кривил свою фризонтальскую морду? Но я молчал, я думал, пусть эта тварь кривляется, ведь он, возможно, лучший начальник отдела разведки по обе стороны гор!
Понан хотел сказать что-то еще, но у него кончился запал и он тяжело опустился в кресло.
Ну зачем, зачем он подсиживал полковника Фемастера? Чего ему не хватало? Что хорошего в том, чтобы все время быть под ударом карающей лапы гризотта? О чем ты раньше думал, Понан?!
– О чем ты раньше думал… О чем… – пробубнил майор, прикрыв лицо руками.
– Я думаю, что все обойдется, сэр. Нам случалось попадать и похуже, но мы как-то выплывали. В нашем деле нельзя без риска.
Понан молчал, и капитан Двоор счел за лучшее тоже помолчать.