Иваныч подтвердил, что здесь в самом деле все свои и горожанам пока что нет резона опасаться друг друга, обстановка до такого накала страстей ещё не дозрела.

Однако… Вот тут под утро по дворам пробежались «курки», будь они трижды прокляты, и раскурочили все подряд машины: прокололи колеса и утащили аккумуляторы. И самое главное, никакого практического смысла в этом вандализме нет, из вредности они это, что ли, делают, сам чёрт этих гопников не разберет…

— Почему именно «курки»? — недоверчиво прищурилась Нинель. — Кого-то видели, поймали за руку?

— Видели, но не поймали. — Иваныч кровожадно сверкнул глазами. — Если бы кого поймали, он бы уже висел на подъезде.

— Это однозначно «курки», — выступил от окна кто-то из дежурной пары. — Без вариантов.

— Да, это они, — поддержал его второй. — Больше просто некому.

— То есть это всего лишь предположение? — с умным видом уточнил я, совершенно не понимая, о ком вообще идёт речь.

— Это очень веское предположение, — подтвердил мучитель трубы. — Основанное на монументальной и незыблемой аргументации.

— Кстати, а вы почему без противогазов? — спохватился Иваныч. — Забыли нормативы при ЧО?

— Иваныч, ты тоже без противогаза, — заметила Нинель.

— Я в помещении, — возразил Иваныч и кивнул на ящик с противогазами. — Если вдруг что, всё под рукой. А вот вы вроде как гулять собрались. Забыли, в каком городе живёте?

— Мы ненадолго, — отмахнулась Нинель. — За час-другой ничего не случится.

— Очень надеюсь на это, — совершенно серьёзно кивнул Иваныч. — А всё-таки лучше бы носить с собой, он ведь не тяжёлый…

Как видите, мы только зря потратили время. Полезной информацией нас не снабдили, оружие не дали (хм… а никто и не рассчитывал, представляете, если бы Иваныч этак запросто сказал: да берите, не жалко, наиграетесь — вернете…), ничего конкретного не посоветовали. Только попугали вволю да выдали свежую версию про каких-то курков-вандалов.

В общем, спустя пятнадцать минут мы вновь оказались на исходной.

Постояли немного у крыльца, прислушиваясь. В центре было тихо, видимо, воюющие стороны взяли тайм-аут или кто-то там окончательно победил. Свистнули Шаляпина, помахали дежурным в окне и отправились по маршруту.

По дороге Нинель ввела меня в курс насчёт «курков». Вряд ли мне пригодится такого рода информация, но просто было интересно, что это за ночные вандалы и откуда они тут взялись в такое неподходящее время.

Город и все градообразующие предприятия располагаются на правом берегу. А сразу за мостом притаился посёлок Курково.

С этого посёлка, по большому счёту, Город и начинался. До революции в Курково жили рабочие, трудившиеся на заводе промышленника Сабурова, расположенном на правом берегу, а позже там был оборудован «трудовой лагерь», в котором проживали зэки, строившие химкомбинат и сопутствующие инфраструктуры.

Строительство было долгим и масштабным, трудились на нём не только зэки, но и многочисленные сезонные рабочие, так что вскоре вокруг лагеря образовалось целое поселение. Когда всё было закончено, зэков увезли куда надо, а лагерь ломать не стали, и он стал своеобразным центром поселения, в котором после завершения строительства осталось немало народу.

Подробно обо всех фазах формирования курковского сообщества Нинель доложить не может, поскольку всё происходило ещё до её рождения, а потом она была маленькой. Когда же она выросла и отрастила бюст, это самое сообщество уже вполне сформировалось и состояло сплошь из маргиналов: цыгане, гастарбайтеры, уголовники, наркоманы, алкоголики — в общем, натуральный притон, а не посёлок. Удивительно, как они там не вымерли: по наблюдениями горожан, «курки» никогда не утруждали себя постоянной работой, и вообще непонятно, за счёт чего им удавалось выживать.

До недавнего времени такое соседство горожан практически не беспокоило. Когда здесь была режимная зона, КПП стоял на той стороне у первой опоры моста и всех ненужных и некондиционных бесцеремонно заворачивали в соответствии со строгим пропускным режимом, так что криминальные элементы в город не попадали.

Когда же «закрытый» статус отменили, «курки» стали появляться в городе, за короткий период снискали себе дурную славу и заработали всеобщую ненависть горожан, которые привыкли при режиме жить в полном покое и безопасности (понимаю, что звучит дико, но Нинель утверждает, что в былые годы здесь многие даже двери на ночь не запирали!).

Вот, собственно, и всё, теперь понятна мотивация трагического противопоставления Город — «курки».

Кстати, вспомнились местные агитки: там открытым текстом предупреждали о «пятой колонне» из пригорода. Видимо, агитки составлялись с учётом местной специфики.

Информация о «курках» навела меня на одно интересное умозаключение.

Вы можете себе представить, чтобы неорганизованная уголовная вольница устроила массовый рейд с целью распороть колеса и утащить аккумуляторы у всех подряд машин в Городе? Я, например, себе такого представить не могу, хотя отсутствием воображения не страдаю. На мой взгляд, эта дикая акция не имеет никакого смысла.