Эльф заставил меня задуматься, но все равно, хорошее настроение победило, и я самоуверенно заявил:

– Спокойно! Вся эта ваша разношерстная братия еще не видела Шиша и его предприимчивости! Разберемся и воздадим каждому злодею по его фэнтезийной заднице причитающимся цивилизованным пинком!

– И все же, будьте осторожны, - понимающе усмехнулся эльф. – Мы еще не потеряли надежды лицезреть в этом теле нашего брата Сайнара. Если что, поищите в поселении у замка вампиров – они могут помочь твоей спутнице в трудную минуту.

Запасливая Машуня еще вспомнила про разбойничьи амулеты, но эльф сказал, что нам с нашими способностями и драконьими когтями это без надобности – волшебные огненные шары, оказывается, нам не страшны, а опытный маг такой глупостью и не станет пуляться. Называется – успокоил! Хотя тоже полезная информация к размышлению.

Когда мы с Мышуней уже уселись на единорожку, а сумки снова были на ее четырехногом приятеле, эльф посоветовал нам заночевать в миле по пути нашего следования в одной пещере, сейчас не занятой никаким лесным обитателем.

Больше ни в пути, ни во время ночевки ничего особенного не произошло. Да и по правде сказать, мы как-то не успели сильно соскучиться по приключениям… Вечером у костра, мы попытались поймать очарование от уединения вдвоем, но страшноватые дневные события все еще давили на нашу психику. Поэтому из вечерней беседы вышла веселая перепалка.

А всего-то и произошло, что я стал слишком часто называть егозу Мышуней, уж больно мне эта кликуха понравилось, когда я ее еще при первом знакомстве так назвал. А что, классное прозвище… так нет, она взъелась и попыталась обзывать меня Мышем, но Мыш после Шиша уже не звучал. Я торжествовал: сами попробуйте придумать обзывательство, чтобы и смешное, и по делу, и ласково звучало!

Я попытался ее успокоить, сказав, что не Мышильдой же ее звать? В результате моих усилий найти политический компромисс дело дошло до рукоприкладства. Хорошо еще вампиренок не стал кусаться, а то я бы сразу проиграл, а так мы классно побузили, раскидав все шмотье по пещере и, в конце концов, затихли, уснув чуть не в обнимку…

***

К следующему полдню мы выехали на своих скакунах на берег очередного озера. Да, озеро, может, и было очередное, но вот здание на противоположном берегу в паре километров от нас было совсем не очередным. Это был типичный замок, ставший еще при своей постройке древней рухлядью.

Рухлядью я называю все серые неотесанные каменные постройки, по которым обычно ползают мои родители в числе других таких же лопухов-туристов, которым ехидные гиды пудрят мозги всякой чушью про то, как какой-нибудь король/герцог/рыцарь/принц (ненужное зачеркнуть) морил голодом/истязал/издевался/глумился и так далее над своими любовницами/вассалами/крестьянами/принцессами в зависимости от сюжета басни.

Взрослые при этом почему-то благоговейно пускали слюни и щелкали фотоаппаратами, а на мой трезвый и замученный полуденным солнцем взгляд было всегда ясно: рухлядь – она и есть рухлядь, а все эти садистские замашки «богатых» идиотов были от отсутствия телевизора – развлекаться-то нечем! Хотя, каких богатых, если у них даже унитаза не было (промолчим о машинах и компьютерах)… одна рухлядь, дремучесть и скука!

Это творение волшебных ручек Темного Ральфа, без сомнения относилось к таким же серым уродцам. Надо признать: магия в этом мире слегка заменяла функции телевизора и компьютера, но только отчасти. Почти наверняка, волшебные унитазы и канализация этому типу знакомы, а вот за развлечениями в наш мир полез… ну что ж, оно и понятно. Со скуки и голым задом на кактус залезешь…

Здание было высоким, мрачным и неприступным – ровно таким, какое требовалось для долгой обороны от нецивилизованного населения, прущего напролом на стены. Против мало-мальски техногенного оружия оно не простояло бы и часа. Пару тротиловых шашек под ворота и несколько Калашей… не говоря уже о каком-нибудь Т-95 – вот тогда посмотрел бы я на их фэнтезийные рожи при виде такого чуда!

– Как красиво… - нарушив ход моих воинственных мыслей, вздохнула егоза. – Сурово, но как-то стильно…

– Какая красота?! Этот старый криворукий волшебный ублюдок и строить-то не умеет. Разве можно это убожество сравнить с городом Зимних Роз?

– Эк ты распалился – смотри, из штанов не выпрыгни! – удивленно посмотрела на меня Машуха. – Твои обиды не имеют ровно никакого отношения к данному пейзажу. Смотри, как сочетаются суровые замковые стены и башни с горными вершинами… а как они отражаются в озере… разве не красиво?

– Ладно, проехали… это просто меня предки по таким развалинам в отпусках затаскали. До сих пор аллергия при виде всяких неотесанных глыб обостряется…

– А по-моему, это у тебя непереносимость к Ральфу взыграла, - понимающе усмехнулась девчонка и заметила. – Тебе, вообще-то, не кажется, что дальше нам нужно будет топать пешком?

– Кажется, - согласился я и спрыгнул со спины своей единорожки, ставшей уже привычно скользкой.

Мы обняли на прощанье за шеи свой волшебный транспорт и защитников в одном лице. Машуня ласково поглаживала рог четырехногого джентльмена, а я, пока егоза была занята, признавался в любви на ушко своей белоснежной принцессе. Мы все четверо понимали, что, может, больше никогда не увидимся, и нам было искренне грустно. Наши чувства были так же неподдельны, как помощь этих великолепных и, несомненно, мудрых непарнокопытных волшебников. Мы не могли ничем заплатить за эту помощь, но, кажется, им было достаточно нашей любви и благодарности.