Кто-то держал его, стиснув в удушающих объятиях.

Кто-то, обитающий во мраке за решеткой.

Не помня себя, Штопор подхватил с грязного пола автомат приятеля, воткнул ствол между прутьев решетки. И шуруя им как поливочным шлангом из стороны в сторону, от души выдал длинную и оглушительную после тишины очередь - пока не щелкнул впустую боек. Удушливый страх отхлынул мутной волной обратно во мрак, испугавшись грохота и пламени. Что-то с шумом покатилось по лестнице вниз - не иначе, как труп морлока, пожелавшего вкусить свежей крови, но захлебнувшегося собственной.

Продолжая невнятно материться, Штопор подхватил осевшего ему на руки приятеля, быстро оттащил подальше от решетки. Похлопал по щекам, пытаясь привести в чувство. Голова Кренделя лишь безвольно склонилась набок. Штопор безумным взглядом уставился на его окровавленную шею: та выглядела так, словно охранник успел побывать в пыточной за те короткие мгновенья, пока его душил морлок.

– Ы-ы! Тварь! Паскуда! Мразь!

Штопор рухнул на колени, рванул куртку на груди дружка, прижал ухо к сердцу.

Ощутив слабые толчки, радостно оскалился и вскочил. С лязгом отодвинул внутренний засов, запирающий выход на внутренней решетке, пинком распахнул злобно взвизгнувшую ржавыми петлями дверь. Увидев, что навстречу по лестнице с платформы уже спешно поднимаются несколько вооружённых братков из станционного патруля, встревоженных шумом в отсечке, кинулся обратно. Лихо взвалил отяжелевшее и неподатливое тело напарника на плечи, от лихорадочного возбуждения не замечая веса, и сломя голову понесся вниз по лестнице.

Патрульным ничего не оставалось, как шарахнуться в стороны.

– Сейчас, братан, мы тебя в больничку отволочем, потерпи, - бормотал под нос Штопор, с каждым шагом перескакивая через две ступеньки.
– Только не подыхай, гад, с кем я еще буду по ночам козла забивать… даже и не думай, так просто от меня не избавишься!

***

– Пошла вон, зараза! Разгулялись тут как у себя дома, еханый бабай!

Крупная серая крыса недовольно пискнула, выскочила из гуляющего по путям желтого пятна света от налобного фонаря и бесследно исчезла в темноте.

– Они и так дома, Федя, - насмешливо заметила Наташка, двигаясь сразу за челноком по правую сторону от шпал.

– Федь, выключи свет на минутку.
– Димка остановился, устремив взгляд вглубь туннеля.

– Это еще зачем?

– Выключи.

Как только болезненно яркий луч погас, тьма радостно всколыхнулась, надвинулась на людей, навалилась непроницаемым покровом, заглатывая обратно отвоеванное фонарем пространство. Для Кротова все исчезло - и обшарпанные стены туннеля, и обвисшие обрывки кабелей на монтажных крючьях, и ржавые рельсы с утопающими в мусоре шпалами.

Но глаза искателя, потеряв источник искусственного света, адаптировались почти мгновенно. Он заметил, что крыса - розоватый силуэт на фоне призрачных сумерек, и не думала смываться, а лишь отбежала к стенке туннеля. Схоронившись за бетонным выступом, она теперь внимательно, без малейшей боязни наблюдала за людьми алыми бусинами глаз. Заинтересовал сталкера не зверек - свет фонаря мешал толком рассмотреть то, что находилось впереди. Теперь он убедился, что ему не показалось. Да и ощущения подруги, которые он впитывал непрерывно, подтвердили его собственные наблюдения.

– Привал, Федя.

– Какой еще привал, Димон?!
– возмутился Фёдор, кинув по сторонам беспокойный взгляд и ничего, естественно, не разглядев в окружающей тьме.
– Кто в здравом уме в туннелях привалы устраивает?! Жить надоело?!

– Надо кое-что обсудить.
– Димка повел плечами, поправил лямки рюкзака, оттягивавшего спину. Снимать не стал, рассиживаться долго он здесь не планировал.

– А мы что всю дорогу делаем? Анекдоты травим?!

– Послушай, мы прекрасно понимаем, что ты весь на нервах, - успокаивающим тоном заговорила девушка, чувствуя настроение Димки и необходимость вмешаться, поддержать его.
– Но время сейчас тратишь именно ты. Просто выполни нашу просьбу. Хорошо?

Федор с сокрушенным вздохом нащупал рельсу рукой и уселся сверху. Пристроив ружье на коленях, торопливо потянулся за куревом. И как только снова увидел в отсветах огонька зажигалки силуэты спутников, рассевшихся на рельсе напротив, рядышком друг с другом, удовлетворенно хмыкнул, немного успокаиваясь.

– Прямо, блин, идиллия, влюбленная парочка в парке на скамейке. Черт, Димон, никак не привыкну к вашим причудам. Сильно вы изменились, если честно. Иной раз кажется, что и не знаю я вас совсем. К нам точно тут никто не подкрадётся и не вцепится в зад?