Чи пожал плечами, словно говоря: «Она же — повариха».

Джейкоби добавил:

— Я велел Миллер не уезжать из города и озадачил две команды из отдела по специальным расследованиям. Они будут неотрывно за ней следить.

Чи закончил свой отчет рассказом о двух оставшихся из прислуги: второй экономке и механике. Оба чисты как стеклышко. И тут в комнату вошла Клэр, в кроссовках и медицинском халате.

Она огляделась вокруг и сказала:

— Сейчас вы все думаете: «Теперь, когда Клэр здесь, вечеринка может начинаться?» Подумайте как следует еще раз.

Чи подкатил кресло Клэр. Усевшись, она закинула ноги на стол и произнесла:

— Леди и джентльмены, тела Бэйли столь девственно чисты, что я думала: «Они сейчас начнут дышать». Никаких таблеток в желудках, на теле — ни царапин, ни ушибов, ни ран. Никаких следов оксида углерода. А поскольку кожный покров никогда не мешал мне поставить диагноз, то я провела тщательное исследование кожи с шеи обоих супругов. В итоге проверила все, за исключением их снов. Результаты аутопсии ничего не дали.

Все застонали, даже я.

— Я говорила с терапевтом Итана Бэйли, — продолжила Клэр. — Говорила с гинекологом Исы. Оба доктора владели полной медицинской историей своих пациентов, включая самые последние обследования. Бэйли следили за своим здоровьем на пять баллов каждый и на все десять — суммарно. Эти ребята знали, как следует заботиться о своем теле. Когда я десять минут назад положила трубку, поговорив с тобой, — сказала она Джейкоби, — мне как раз принесли отчет по срочной токсикологической экспертизе. Я уже готова была решить, что один из супругов отравил второго и потом принял яд сам или сама, тогда бы у нас имелось убийство-самоубийство или двойное самоубийство. Однако отчет меня удивил, и не лучшим образом.

Мы впились в Клэр глазами.

Никто не говорил. Возможно, никто даже вздохнуть не решался.

Клэр помахала нам компьютерной распечаткой и сказала:

— Результат отрицательный. Ни яда, ни снотворного, ни наркотика — ничего. Причина смерти? Неизвестна. Как умерли? Неизвестно. Здесь дурно пахнет, и я не могу понять почему. Однако вероятность того, что два человека, при совершенно безрезультатной аутопсии и токсикологической экспертизе, испустили дух в одно и то же время, совершенно паранормальна.

— Вот блин, — пробормотала я. — Вот тебе и «экспертиза даст нам подсказку».

— Хорошо, хорошо, я была не права, Линдси. Поскольку у нас не существует синдрома внезапной смерти взрослого человека, будем считать это убийством.

Пока нет зацепки, куда двигаться дальше, и я выпишу упрощенные свидетельства о смерти Итана и Исы.

— Клэр, дорогая, это что-то новенькое для меня, — сказал Чи. — Что такое упрощенное свидетельство о смерти?

— Неполное, с возможностью довнесения данных, — раздраженно ответила Клэр. — Возбуждаем дело. Еще есть вопросы?

— Ага, — ответил Джейкоби. — Что теперь?

Клэр сняла ноги со стола, встала и произнесла:

— Я собираюсь пойти домой. Поцеловать своих детишек. Потом намереваюсь съесть целый пирог с индейкой и добрую порцию шоколадного пудинга со взбитыми сливками, и лучше не пытаться меня остановить.

Она оглядела наши лица: унылые после долгого и тяжелого дня и серые из-за горящей флуоресцентной лампы. Уверена, мы выглядели как живые мертвецы.

Особенно ужасно смотрелся Джейкоби. Именно ему предстоит сказать членам семьи, прессе, шефу полиции и мэру, что к концу дня у нас нет ни малейшей зацепки.

— Я знаю, что вы только приступили к расследованию, как и я, — сказала Клэр, и ее улыбка осветила нашу комнату слабым лучиком надежды. — Я еще раз отправила образцы в лабораторию. Пусть ночная смена с ними поработает. Я попросила их провести все анализы заново, но на этот раз проинструктировала, чтобы они обращали внимание на все странное, непонятное и неправильное.

Мы с Конклином потратили целых семь часов на беседы с друзьями супругов Бэйли, их семьями и немногочисленным обслуживающим персоналом, не проживавшим в их доме: секретарь Исы, воспитатель детей и выгуливающая собак девушка, являвшаяся для Исы своего рода Пятницей.

Ничего не проявилось. Мы исписали свои блокноты и двинулись дальше.

Пока остальные члены нашей команды вернулись к опросу соседей, мы с Конклином отправились с визитом к Янси и Рите Бут — невероятно богатым родителям Исы, со слезами пригласившим нас в свой шикарный особняк Ноб-Хилл.

Мы провели у них не один час, в основном слушая и делая пометки. Бутам было за шестьдесят. Раздавленные смертью Исы, они пытались справиться со своим горем, рассказывая нам историю семей Бутов и Бэйли.