Шрифт:
Появилось изображение полицейской машины у бегемота возле дома со стилизованными замковыми башенками.
Ария снова повернулась к окну - они были тут.
И совершенно точно, что в соснах сейчас вспыхивала голубая полицейская сирена.
Она прошла в холл.
Дверь Шона была закрыта, Блок Парти затихала.
– Шон?
– она толкнула дверь в его комнату, и та отворилась.
Его книги были разложены по всему столу, но кресло было пустым.
На кровати была вмятина от его тела.
Окно было открыто, и прохладный ветер дул, заставляя занавески развиваться, словно призраки.
Ария не знала, что делать, поэтому она вернулась к своему компьютеру.
Она увидела новое письмо.
"PS. Я, может быть, и стерва, но я не убийца.
Вот ключ для бестолковых: кое-кто кое-что хотел от Эли.
Убийца ближе, чем ты думаешь.
Э."
12
АХ, ЖИЗНЬ КОРТА
Вечером вторника Ханна спускалась вниз по главному залу универмага Кинг Джеймс, вертя свой блекберри.
Она послала Моне сообщение, спрашивая, собирались ли они все еще встретиться для примерки ее платья, но не получила ответа.
Мона, вероятно, все еще была обижена на нее из-за другодовщины, но какая разница.
Ханна пыталась объяснить, почему ее старые друзья были в ее доме, но Мона оборвала ее прежде, чем она даже смогла начать, объявив своим самым холодным голосом:
– Я видела тебя и твоих лучших друзей в новостях.
Поздравляю с твоим великим теле-дебютом.
А затем она повесила трубку.
Очевидно, она была взбешена, но Ханна знала, что Мона не может долго злиться.
Если она будет злиться, кто будет ее ЛПН?
Ханна миновала Rive Gauche, ресторан в универмаге, где они собирались отметить вчера за ужином другодовщину.
Это была копия ресторана Бальтазар в Нью-Йорке, который копировал в свою очередь миллионы парижских кафе.
Боковым зрением она поймала группу девочек за любимым столиком Ханны и Моны.
Одна из этих девочек была Наоми.
Другой была Райли.
А девочкой рядом с ней была... Мона.
Ханна присмотрелась еще раз.
Что Мона делает с... ними?
Даже несмотря на то, что свет в Rive Gauche был приглушенным и романтическим, Мона была в своих розовых очках-авиаторах.
Ее окружали Наоми, Райли, Келли Гамильтон и Николь Хадсон, стервозные второкурсницы подхалимки, в центре стола стояла большая, нетронутая тарелка фри.
Мона рассказывала что-то, оживленно размахивая руками и округляя свои большие, голубые глаза.
Она дошла до изюминки, и остальные загудели.
Ханна выпрямила плечи.
Она прошагала через старинную коричневую дверь кафе.
Наоми первой заметила ее.
Она подтолкнула локтем Келли и они зашептались.
– Что вы, девочки, здесь делаете?
– требовательно спросила она, останавливаясь возле Наоми и Райли.
Мона наклонилась вперед, оперевшись на локти.
– Что ж, разве это не сюрприз? Я не была уверена, хочешь ли ты ещё прийти на корт, с тех пор как ты стала так занята со своими старыми друзьями.
Она отбросила волосы на плечи и сделала глоток диетической колы.
Ханна закатила глаза и уселась на край темно-красной скамьи, стоящей вдоль стены.
– Конечно я все еще хочу, чтобы ты была на корте, королева драмы.
Мона мягко улыбнулась ей.
– Нокаут, толстушка.
– Сучка, - выпалила в ответ Ханна.
– Потаскушка, - сказала Мона.
Ханна захихикала... и так же поступили Наоми, Райли и остальные.
Иногда она и Мона устраивали такие шуточные поединки, хотя обычно не на публике.
Мона закрутила белокурый локон вокруг своего пальца.
– В любом случае, я решила, чем больше, тем веселее.
Маленькие корты скучны.
Я хочу, чтобы вечеринка была на высоте.
– Мы так взволнованы, - изливала чувства Наоми.
– Не могу дождаться примерить платье от Зака Позена, которое Мона подобрала для нас.
Ханна натянуто им улыбнулась.
Это действительно не имело никакого смысла.
Все в Розвуде знали, что Райли и Наоми обсуждают Ханну за ее спиной.