Подперев рукой щеку, я делаю глоток тыквенного сока, стараясь при этом не дышать. Кто-то еще из наших на отработку к Снейпу попадал… Кажется, Терри. Или Майкл? Нет, все-таки Терри. Ну да, точно, он сцепился с Крэббом после трансфигурации, потому что тот оскорбил МакГонагалл. А Снейп как раз проходил мимо и утащил его чистить груду котлов.

Я искоса смотрю на Снейпа. Он сидит на своем месте с абсолютно отрешенным выражением лица, слушает Алекто Кэрроу, которая что-то шипит ему на ухо, и периодически равнодушно кивает. И как его только до сих пор не стошнило от такого соседства?

«Кэрроу нас уже на Круциатус тащил, когда Снейп вынырнул, как чертик из коробочки, и заявил, что ему срочно требуются студенты для грязной и вредной для здоровья работы».

Голос Лаванды звучит в моей голове так четко и ясно, что я вздрагиваю и невольно поворачиваюсь в ее сторону. Она негромко беседует с Парвати и явно ничего подобного сейчас не говорила.

Я снова смотрю на Снейпа. А вид у него усталый… Нет! Просто нет. Этого не может быть. Это абсолютно исключено! Просто мне какие-то глупости лезут в голову, вот и все. Не более. И все же… что если… что если он пытается нам помочь?

Глава 35. Все можно подстроить

Остаток учебной недели проходит как-то весьма сумбурно. Приключившееся со мной на вчерашнем обеде… хм… озарение… привело к тому, что я благополучно разбил не только стакан с остатками тыквенного сока, но и тарелку Симуса. Чудом еще одно взыскание не заработал. Послеобеденный урок тоже был свободным, и я провел его в бесцельных блужданиях по коридорам Хогвартса, пытаясь обдумать посетившую меня мысль. Обдумывать не получалось. Точнее, наоборот, этот процесс протекал чересчур активно – словно в моей голове поселились даже не пикси, а пикси, которых пытался обезвредить Локхарт, что, ясное дело, гораздо хуже. Причем, голову мою они не покинули до сих пор. Видимо, им там уютно.

После гербологии я задержался, чтобы переговорить со Спраут, которая сообщила, что нашла способ ускорить рост Ризус Моверии, так что она вот-вот начнет цвести. Хоть какая-то хорошая новость. Впрочем, трогает она меня меньше, чем можно было бы ожидать.

Одним словом, я совершенно выпал из реальности и до сих пор никак не могу туда вернуться. Слава Мерлину, ребята пока ничего не замечают. Хорошо, что я всегда умел делать вид, будто бы у меня все в порядке, но никогда этим не злоупотреблял.

Сегодня по школе будут дежурить Кэрроу, поэтому никаких собраний и вылазок мы не планируем. Мы вообще стараемся вести себя тихо во время их дежурств. Лауди в случае чего прикрыть нас не сможет. Наши учителя – другое дело. Если даже мы им и попадемся, они, скорее всего, притворятся слепыми. Так уже было с Флитвиком, который, увидев нас, невозмутимо скрылся в соседнем коридоре.

Единственное, что мне удалось сделать за эти полтора дня – это провести небольшой опрос среди представителей младших поколений с целью выяснить, многие ли за последние недели попадали на отработку к нашему дражайшему директору. Результаты получились очень интересными. Честно говоря, я не знаю, сколько отработок в среднем он назначал в прошлые годы, поэтому провести сравнительный анализ не представляется возможным. Однако все девочки поголовно заявили, что раньше ни с котлами, ни с жабами, ни с прочими прелестями зельеварения на досуге дел не имели. А ведь и правда: лично я вообще не помню, чтобы он девчонок хоть раз наказывал. Максимум – баллы снимал или отправлял к Филчу. Или у нас просто девчонки в школе тихие? Но чем, в таком случае, вызваны нынешние отработки? Также опрос показал, что более чем в половине случаев при назначении взыскания присутствовали еще и Кэрроу, а в половине из этой половины Снейп изменил взыскание, назначенное ими. Все это, определенно, заставляет задуматься.

Вот я и задумываюсь. Прямо сейчас сижу на нашем любимом диване – наиболее удаленном от общего скопления мебели – и задумываюсь. Сосредоточиться вот только не получается. И не только потому, что пикси никак не желают оставить в покое мой мозг, но и потому, что отсутствие Джинни уже начинает меня беспокоить. В самом деле, ужин давно прошел, ну где она может быть? Нет, все, еще пять минут, и я пойду ее искать!

Идти никуда не приходится. За две минуты до окончания отпущенного мной срока Джинни появляется в гостиной – довольная, как Гермиона, получившая доступ в библиотеку Отдела тайн.

– Этот день нужно отметить в календаре! – сообщает она, сияя. – Летучая мышь только что совершила одну из самых ужасных ошибок в своей жизни!

– Неужели? – недоверчиво спрашиваю я.

– Ага! – радостно подтверждает Джинни. – Представляете, Кэрроу ко мне прицепилась, уже хотела назначить взыскание. Тут появился Снейп, напомнил ей, что она обещала сегодня закончить с классом маггловедения, и посоветовал не тратить время на всякую ерунду – ну, на меня, то есть. И знаете, что сделал?

– Джинни, завязывай с театральными паузами, а? – поморщившись, просит Лаванда.

– Отправил меня чистить утки в больничное крыло! Представляете? Ну, почистить кое-что, конечно, пришлось, – на личике Джинни на секунду мелькает брезгливая гримаска, но тут же оно вновь озаряется улыбкой: – Но мадам Помфри все-таки наш человек. Поэтому смотрите, что я принесла, – она выгребает из кармана небольшие флакончики с зельями. – Тут бадьян, еще парочка заживляющих, кровевосстанавливающее, сонное, обеззараживающее, обезболивающее – короче, все, что нужно. Надолго не хватит, конечно, но больше в мои карманы не поместилось.