– Ты это уже говорила. Но на самом деле, я ужасен, – я отстраняю ее с мягкой улыбкой. Покрываю короткими поцелуями щеки и глаза, собирая губами соленую влагу. – Ну, не плачь, малыш. Не нужно. Все уже хорошо.

Джинни неуверенно улыбается и прижимает мою руку к своей щеке.

– Знаешь, я… я никогда больше так не поступлю! Хочешь, дам тебе Непреложный обет?

– Избави Мерлин, этого только не хватало! – я изображаю испуг, и с удовольствием наблюдаю, как ее улыбка становится ярче.

– Ладно, не буду, – соглашается она, тряхнув волосами. – Тогда просто даю слово, что не буду ничего делать за твоей спиной. Что не стану ничего выяснять и лезть в твою жизнь. Я могу даже прикрывать тебя, если потребуется. Ты хорошо разбираешься в людях, и я верю, что твой друг – порядочный человек, кем бы он ни был. Только пообещай мне одну вещь… точнее, две…

– Какие?

– Во-первых, будь осторожен. Вряд ли Пожиратели смерти одобряют такие отношения. А во-вторых… ты ведь расскажешь мне о нем, когда все это закончится?

– Конечно, расскажу! – заверяю я. – Просто сейчас…

– Я понимаю, – быстро говорит Джинни. – Правда, понимаю. Чем меньше людей знает, тем лучше. А я сегодня свою ненадежность наглядно доказала.

– Джинни…

– Это так. Не спорь даже. Но больше я тебя не подведу. Ты мне веришь? – она смотрит на меня с надеждой.

– Конечно, верю, – отвечаю я и снова обнимаю ее. – А теперь иди. Скоро отбой, а мне еще нужно подумать, что сказать Снейпу, если он начнет задавать вопросы.

– Уже ухожу, – Джинни вытирает платком мокрые глаза и поднимается. – Прости еще раз.

– Все хорошо, малыш.

Когда она уходит, я с облегчением вытягиваюсь на кровати. Теперь беспокоиться не о чем. Мы снова друзья, а слово Джинни крепче Непреложного обета. Вопрос только в том, как донести это до Северуса. Наверняка ведь заведет песню о моем гриффиндорском идиотизме. И будет прав. Это я во всем виноват.

Глава 45. Легким движением руки

Поднимаясь в кабинет директора, я по-прежнему не знаю, что говорить. То есть примерно знаю, только не уверен, что ему это понравится. Но делать нечего.

– Это не я придумал! – заявляю я с порога.

– Да я уж как-нибудь догадался, что не ты, – насмешливо произносит Северус, буравя меня мрачным взглядом. – Идем в гостиную, – он встает из-за стола.

– Так, а нам, получается, совсем не интересно? – возмущенно спрашивает Блэк, едва не выпрыгивая из портрета. – Между прочим, эти две неадекватные особы вломились сюда, разбили ящик, вытащили меч, да еще и осмелились мне угрожать, когда я попытался призвать их к порядку! Я что, не заслужил объяснений?

– Не сейчас, Финеас, – морщится Северус. – Позже.

Блэк поджимает губы, но не возражает. Мы походим в гостиную. Северус наливает себе огневиски и делает вид, что не замечает красноречивого взгляда, который я бросаю на бутылку. Понятно – не заслужил.

– Итак, я жду объяснений, – говорит он, откидываясь на спинку кресла.

– Ты меня убьешь, – обреченно вздыхаю я, разглядывая свои ногти. – Это все моя вина, потому что я дурак.

– Твои умственные способности для меня не новость, Лонгботтом, поэтому рассказывай подробности. Каким образом вышло так, что твои приятельницы начали действовать за твоей спиной?

– Ну, видишь ли, все началось с того, что я поссорился с Джинни… Точнее, это она со мной поссорилась. Она догадалась, что у меня кто-то есть…

– А больше она ни о чем не догадалась? – сухо осведомляется Северус.

– О тебе – нет, если ты об этом, – я нервно усмехаюсь. – Такое ей даже в голову не приходит. Но мы с ней дружим, она неплохо меня знает. Кроме того, ей известно, что я гей… В общем, несколько дней назад она на меня наорала, обвинила в эгоизме и злоупотреблении властью…

– В эгоизме и злоупотреблении властью? Тебя? Феноменально! – смеется он. Не усмехается, а именно смеется. Что ж, наверное, это хороший знак. Отсмеявшись, он спрашивает: – И почему же я впервые слышу об этой ссоре? Что из моих слов: «сообщай обо всем, что у вас происходит» вызвало у тебя затруднения?

– Я боялся, что ты потребуешь прекратить наши встречи, – признаюсь я.

– Возможно, так действительно будет лучше, – замечает Северус.

– Нет! – я вскидываю голову и смотрю на него почти умоляюще. – Сейчас все уже в порядке!