– И все-таки убийцы - это люди, а не мыши?
– спросил его МакКин.

Доктор лишь пожал плечами.

– Время покажет, -сказал он, - оно всегда говорит правду, нужно лишь уметь ждать.

Доктора пригласили к ужину. За столом дела оставили в стороне и МакКин стал расспрашивать доктора о Ирландии, не заезжал ли доктор в имение МакКинов, не видел ли его брата.

– Признаюсь, давно не был, - извинился доктор.
– А что же вы сами, уже два года не бывали в своем имении?

– Два с половиной, - печально вздохнул МакКин.

Полли спросила доктора, где он остановился, и доктор радостно сообщил, что остановился он у своего племянника, который как раз пополнил свою семью двойняшками, и это не считая еще пятерых крошек. Дом вверх дном, но зато ужасно весело.

– В Лондоне всё так, - вздохнул доктор, - чересчур живо. Это, конечно, хорошо, но быстро утомляет.

После ужина доктор тепло попрощался с Полли и МакКином и ушел.

МакКин, взяв оставленные доктором бумаги, хотел отправиться в свой кабинет, чтобы сравнить сведения доктора Хтока со своими делами, но Полли остановила его.

– Ну как прошел разговор с преподобным Грюгелем?
– спросила она.

– Впустую, - ответил Рик.
– Кроме того, что он был другом министра, он ничего мне не сказал. Но зато принялся допрашивать меня. Очень въедливо так.

– Почему же вы так долго пропадали?

– О, я шпионил.

– За кем?
– удивилась Полли.

– Конечно же за Грюгелем. Так как разговор с ним ничего мне не дал, я решил сменить тактику, к тому же у меня возникли некоторые подозрения. Время было позднее и, чем дальше и дольше мы говорили, тем больше он нервничал и все время поглядывал на часы. Колокол пробил восемь часов. Преподобный дернулся, будто собирался куда-то бежать. И я понял, что он спешит на какую-то встречу, но при этом не хочет и вида показать, что он опаздывает. Наконец мы распрощались друг с другом. Я вышел на улицу и остановился у забора, в тени деревьев, ожидая, когда из церкви следом за мной выйдет Грюгель. Вскоре выскочил преподобный. Он так спешил, что не шел, а почти бежал. Мне не составило труда незамеченным проследить за ним. Священник привел меня к Вестминстерскому аббатству. Пройдя западные башни, он зашел в иерусалимский покой. Немного подождав, я прошмыгнул за ним следом. Там мне пришлось действовать ужасно осторожно, чтобы не столкнуться со сторожем или с каким-нибудь священником. Но мне повезло, я остался незамеченным, прошел вслед за отцом Грюгелем и смог увидеть, какое дело привело его в аббатство.

– Не более, чем обыкновенные церковные дела, - махнула рукой Полли.

– Я сначала тоже так подумал, но у преподобного был слишком подозрительный вид.
– МакКин продолжил свой рассказ: - Дальше я прошел вслед за ним через несколько комнат, спустился по лестнице в подвал и увидел, что преподобный зашел в незаметную, находящуюся в темной нише дверь. Мне повезло, она осталась неплотно прикрыта, и я смог наблюдать в дверную щель. Я увидел тускло освещенную комнатку, где за прямоугольным столом сидело с дюжину в священнических одеяниях людей. Среди них я узнал только двоих, не считая, конечно, нашего преподобного Грюгеля. Это был преподобный Уилсон, помните, тот о котором нам рассказывала герцогиня де Мобрей, и во главе стола сидел сам епископ Вестминстера.

– Какое-то тайное собрание?
– спросила Полли.

– Как я понял из слов епископа, это было собрание тайного инквизиционного ордена.

– Инквизиция? В наше время?!
– Полли была поражена.

– Постойте удивляться, вы еще не знаете, кто при жизни состоял в этом тайном ордене.

– Министр!
– выкрикнула свою догадку Полли.

МакКин утвердительно кивнул.

– Невероятно, - покачала головой она.

– А разве вся деятельность графа Мартина де Снодберела не подтверждает это?
– пожал плечами МакКин.

– И что же эти инквизиторы там обсуждали?
– с презрением спросила Полли.
– Как возвратить себе былую мощь?

– Почти. В основном на этом собрании отец Грюгель спорил с епископом. Грюгель требовал, чтобы епископ создал наконец-то отряд карателей. На что епископ отвечал, что пока достаточно и шпионов, которые отлично справляются, да и прихожане снабжают нужной информацией. И теперь у них есть тайный суд. К сожалению, ничего интересного я больше не услышал, они продолжали спорить, как им стать сильнее и кто в парламенте их может поддержать. В коридоре послышались шаги и я вынужден был поскорей уйти от двери и спрятаться за угол. Старый монах с толстенной папкой в руках зашел к ним. Я поспешил уйти, пока меня кто-нибудь не застал в этом коридоре. Вот и все. И теперь, я думаю, раз отец Грюгель бестолковое звено в нашем расследовании, возьмемся за другую нить. С утра нужно отправиться в музей - может, там нам удастся хоть что-нибудь разузнать благодаря картине?

На следующее утро, сразу после завтрака, они поспешили в музей. Они пришли как раз к его открытию. Охранник впустил первых посетителей. МакКин взял брошюрку с планом выставки и скорым шагом направился вверх по лестнице, так что Полли еле поспевала за ним. Они прошли несколько залов и, наконец, МакКин сверяясь с планом, сказал:

– Веронезе там, - он указал на следующий зал.

Они зашли туда и вдруг увидели человека в рабочем комбинезоне, неспешно снимавшего большую картину. МакКин сверился с планом, пробежал взглядом по картинам в зале и вдруг крикнул рабочему: