— Я помню, — глухо сказал Снейп.

— Кто ж нам даст забыть, — мрачно сказал Малфой. — Ну, я пойду. Не надо меня целовать, Северус. Кто его знает.

Вспышка.

Снейп посмотрел на Гарри. Мальчик сидел неподвижно, глядя в одну точку.

— Ты уверен, что у тебя СПИД? Для этого надо…

— Я был в маггловской больнице. Через неделю я узнаю результат, — сказал Снейп.

— Кто тебя… заразил? — очень тихо спросил Гарри.

— Том Риддл.

Снейп отвернулся, чтобы не смотреть на Гарри. Повисла тишина. Наконец он повернулся. Гарри плакал почти беззвучно, уронив голову на руки.

— Как ты мог… с ним, — прошептал Гарри, задыхаясь.

— Он не спрашивал меня, могу ли я, — с горечью сказал Снейп. Вспомнил две недели, проведенные потом в больнице Святого Мунго. Вспоминать расхотелось. — Это было… в прошлом году.

Гарри отнял руки от опухшего от слез лица. Его глаза казались блестящими аквамаринами. Если бы аквамарины могли плакать.

— Северус, — он бросился к учителю и обнял. Снейп почувствовал, что мальчик весь дрожит. Он погладил его по спине. Это был жест утешения, не больше.

— А ведь ты и меня заразил, наверное, — вдруг сказал Гарри.

— Как бы я тебя заразил? Или ты уже как Люциус? От поцелуев и прикосновений нельзя заболеть.

— Смотря от каких поцелуев. Я проглотил твою сперму. Через нее тоже можно заразиться. Ну… неважно, — махнул рукой Гарри.

— Что? Кто тебе такое сказал? — оторопел Снейп. — Откуда ты знаешь, что через сперму? Помфри сказала, через кровь! — крикнул он.

— Да это любой ребенок знает. Любой маггл в детском саду, — сказал Гарри.

Снейп уставился на него, открыв рот. На его лице отразился ужас.

— Я надеялся, ты… Я думал, что я не успел тебя заразить. Но выходит… Мерлина ради, сдай анализ!

— Будем надеяться, что ты меня заразил, — сказал Гарри. — Мне будет трудно… умереть самому. Сам знаешь, какой я живучий, — печально улыбнулся он.

— Что ты мелешь, — рассердился Снейп. — Что значит, будем надеяться?

Гарри заглянул в его черные глаза. В них пряталась тревога.

— Я не смогу жить, если ты умрешь. Я люблю тебя, Северус. Мерлин свидетель.

Снейпу показалось, что земля уходит у него из-под ног. Только однажды он слышал такие слова. Человека их сказавшего уже не было ни в мире магов, ни в мире людей.

Северус взял Гарри за обе руки.

— Гарри. Ты славный мальчик, ты…— он пытался подобрать слова. — Ты самое светлое, что у меня в жизни было. Ты мне очень дорог. Но я не заслуживаю тебя. И не могу принять твои слова. Я не могу в ответ произнести то же. Я не хочу, чтобы ты, молодой, красивый, жаждущий жизни, привязал себя клятвой любви к больному умирающему старому…

— Замолчи! Никакой ты не старый и не умирающий! Я не для того отдал тебе свою кровь, чтобы ты… чтобы ты… Подожди, Северус!

Снейп глянул на него мрачными глазами.

— У тебя нет никакого СПИДА, — воскликнул Гарри. — У тебя просто не может его быть!!!

Мальчик помешался, подумал Снейп.

— В тебе… у тебя… моя кровь! Я, то есть не я, а Мерлин — перелил тебе мою кровь! Когда тебя заклевал гиппогриф.

Глаза Гарри светились. Теперь это были солнечные аквамарины.

— Ты опять со своими сказками, Гарри! Лучше скажи правду, кто там был? Кто тебе помогал?

— Мерлин, — упрямо сказал Гарри.

*

— Я не трону тебя, — мрачно предупредил Снейп.

— Мы будем просто лежать и разговаривать, — поклялся Гарри.

Он вышел из ванной, завернутый в темно-зеленый махровый халат Снейпа. Волосы его были мокрыми и взъерошенными, по груди стекали капельки воды. Без очков он выглядел еще младше и наивнее, или так Северусу казалось. Он не мог понять, какое чувство глухо ворочается внутри него теплым темным зверем, может, это была нежность, а может — губительная страсть, он не знал и не хотел об этом думать. Ему казалось, что все его чувства к этому мальчику — какое-то странное наваждение, как приворотное зелье, как одержимость. У него мелькнула мысль, а не виновата ли в этом странная маггловская болезнь.

Снейп открыл дверь в свою спальню. На душе было тяжело. Да, он хотел разделить эту постель с Гарри… Не так, как они разделят ее сегодня. Зачем он поддался на его уговоры? Что значит — лежать и разговаривать? Он подозревал, что его ждет бессонная ночь. Он выпил успокоительное зелье, но не был уверен в должном эффекте.

Гарри удивленно огляделся по сторонам. Это была совсем маленькая комната.

— Я думал, будет круче, — признался он. — Даже у нас в Гриффиндорской спальне получше.