В конце января Сириуса вызвал к себе директор. Причем профессор МакГонагалл лично пришла за ним в гостиную и выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

– Что ты успел натворить?
– подозрительно спросила Лили, грозно сощурившись.

Сириус только плечами пожал - они вообще в последнее время ничего такого не делали. Даже слизеринцев не слишком задевали, в основном потому, что Джеймс задался целью обрести благосклонность в очах несравненной Лили Эванс и старался не задирать слизеринцев без крайней необходимости. А про их прогулки под луной никто не знает. Или все-таки… Сириус обеспокоено оглянулся на друзей, получив в ответ недоуменные взгляды. Но он тут же отмел эту мысль - в этом случае их вызвали бы к директору всех, а не только его одного.

Профессор МакГонагалл комментировать вызов к директору отказалась и всю дорогу до его кабинета Сириус перебирал возможные причины этого вызова, но так ничего дельного и не придумал.

Кабинет директора не менялся с годами - все тот же феникс, все те же непонятные приборы повсюду. Дамблдор встретил его каким-то непонятным взглядом, каким-то печальным что ли, и сразу предложил сесть.

– Чаю, кофе, сока?

На столе появился поднос с чашками. Сириус мотнул головой, он предпочитал сразу перейти к делу. Словно прочитав его мысли, директор произнес:

– Ну что ж, значит к делу… Сегодня из Министерства поступило извещение. Завтра ты должен присутствовать на слушании по делу о наследстве.

– Каком наследстве?

– Альфард Блэк умер на днях. Все свое имущество он завещал тебе.

Сириус замер. Вторую фразу Дамблдора он уже не слышал. В ставшей вдруг совершенно пустой голове стучали слова: «Альфард Блэк умер на днях». Разум отказывался принять эту новость. Дядя Альфард… почти единственный по-настоящему родной человек в семье…

– Как?
– едва слышно произнес Сириус.

Дамблдор сочувственно покачал головой.

– Он умер своей смертью. Ты и сам знаешь, что Альфард был уже стар.

Сириус кивнул. Да, он знал это. Дядя Альфард был очень намного старше его матери, да и сама Вальбурга родила своего первенца, будучи уже в довольно зрелом возрасте. Но раньше Сириус никогда не задумывался, что дядя может умереть, тем более так рано.

– Я могу идти, сэр?
– произнес он безжизненным голосом.

Директор грустно кивнул.

– Да. Завтра профессор МакГонагалл проводит тебя ко мне и мы отправимся в Министерство.

Сириус молча вышел из кабинета. Весь обратный путь до гриффиндорской башни он пытался осознать тот факт, что его любимого дяди больше нет. Это была первая серьезная потеря в его жизни.

Друзья, узнав о случившемся, не стали выражать ненужные соболезнования, за что Сириус был им очень благодарен, а просто постарались отвлечь его на посторонний предмет. Для чего Марлин и Джеймс чуть ли не в один голос предложили прогуляться в Запретный лес. Лили, конечно же, немедленно возмутилась, назвав их ненормальными искателями приключений на свою пятую точку. Алиса неожиданно загорелась идеей. Она никогда не была в Запретном лесу и ей жутко хотелось узнать, что в нем такого запретного. Ремус, как ни странно, спорить не стал, предоставив эту привилегию Лили. Ну, а Питер как всегда согласился с большинством. Некоторое время все дружно уговаривали Лили. Она хмурилась, сердилась и никак не желала сдаваться.

– Лил, ну, пожалуйста, - умоляла Алиса, - Ну, что тебе стоит!

– Лиса, я вообще-то - староста, если ты забыла. И как староста должна предотвращать подобные выходки, а не способствовать им. И ты, Ремус, кстати, тоже!

Лили одарила Рема суровым взглядом, на что тот улыбнулся и философски ответил:

– Они ведь все равно сделают, что задумали, и никакие аргументы их не остановят. Уж поверь моему опыту. Так что лучше быть рядом, так хотя бы мы сможем эту авантюру проконтролировать.

Лили возмущенно фыркнула и передернула плечами.

– С вами просто невозможно серьезно разговаривать.

– Лили, мы все тебя очень просим, - умоляюще произнес Джеймс.
– Клянусь - ничего опасного, мы прогуляемся по самой окраине. Ты даже представить себе не можешь, как там интересно. Ну, хочешь, я на колени встану?

Лили хмыкнула, губы ее дрогнули, и неожиданно она заявила:

– Хочу.

Джеймс немедленно рухнул на колени, сложил руки и патетически провозгласил:

– О суровая блюстительница порядка! Позволь нам эту небольшую прогулку и согласись составить нам компанию!

В следующую секунду смеялись все. Даже Лили.

– Клоун!
– бросила она сквозь смех.

Джеймс довольно ухмыльнулся, но с колен не встал.

– Так каков будет твой положительный ответ?

– Ладно, уговорил, - сдалась Лили.
– И встань, наконец. На нас уже вся гостиная смотрит.

– Спасибо!
– Джеймс вскочил и, молниеносно чмокнув Лили в щеку, рухнул в свое кресло.

Лили покраснела и метнула в него наполовину возмущенный наполовину довольный взгляд. Сириус усмехнулся и подмигнул Джеймсу. Тот ухмыльнулся в ответ. Непреклонная Лили Эванс, наконец-то, начала сдавать позиции.