В первую минуту Дамблдор несколько растерялся от такого напора, но быстро пришел в себя. В ответной речи он вспомнил о прямом нарушении приказа не покидать замок после шести вечера и о без того особом отношении к этим ученикам. Вошедший в разгар проникновенной тирады Снейп тоже не стал молчать. К удивлению Гарри, он вступился за них. Особое отношение он объяснил парой фраз, и слово «талант» в них прозвучало как минимум трижды. Хотя напоминание о разрешении преподавателям давать дополнительные занятия и значительности гонорара в противовес скудности оклада тоже было озвучено.

– Так вот, раз мы разрешили вопрос об «особом отношении» к моим подопечным, - Люциус решился прервать разошедшегося Снейпа, - поговорим о ваших и только ваших недочетах. Для начала, хочу вам напомнить о вашей настойчивости при утверждении кандидата на должность преподавателя ЗОТИ. Хотя мистер Люпин и является одним из ведущих специалистов в этой области, он все же ликантроп. Так что вы нарушили Устав школы пункт двенадцать параграф сто четыре «О назначении на должности школьные представителей рас нечеловеческих». Оборотни там особо упомянуты. Стало быть, дети подвергались опасности по вашей и только вашей вине.

Драко сидел, вытянувшись столбиком, и изо всех сил изображал жертву. Покосившись на него, Гарри немедленно согнал с лица виноватое выражение, заменив его испуганным. А вот ерзавший на стуле Блейз никак не мог дождаться момента, когда можно будет начать врать. Его прямо распирало от желания высказаться. Сайф и Невилл тихо слушали.

Препирательствам о параграфах, дополнениях и изменениях было уделено не меньше получаса. Люциус выиграл. Дамблдор признал свою ошибку в выборе преподавателя и немедленно уволил Люпина. Который как раз, едва передвигая ноги, вошел в кабинет. Его появление вызвало у Снейпа внезапное пробуждение памяти.

– А Беллатрикс Лестрейндж там была? Или у меня посттравматические галлюцинации?

Люциус очень убедительно изобразил потрясение. Гарри даже поверил, что мистер Малфой понятия не имел о событиях ночи. В горячке дебатов Беллатрикс - не Беллатрикс, признание Люпина, что он совершенно не помнит, но, вполне вероятно, на кого-то напал, прошло незамеченным. Один Снейп вполголоса пробурчал, что этот кто-то, скорее всего, - воспитанница Бэллы Тонкс. И что о ней он точно жалеть не будет. Дамблдор метнул в него предупреждающий взгляд, но заострять внимание на пропавшем авроре не стал.

К удивлению Гарри, взрослые, пользуясь лишь взаимными обвинениями и недомолвками, сами воссоздали всю картину прошлой ночи. В объяснительной записке на имя министра значилось, что узнав о пропаже трех учеников (трусы просто похвалились, что пойдут к камню, а сами спрятались в пустом классе, где и заснули) профессора Снейп и Люпин отправились их искать. В суматохе Люпин забыл принять аконитовое зелье. Учащийся Блейз Забини, горя желанием помочь, кинулся догонять, чтобы отдать зелье. Учащиеся Поттер, Малфой, Лестрейндж и Лонгботтом захотели остановить Забини и поспешили следом. На этом месте Дамблдор бросил перо и сказал, что в такую чушь ни один болван не поверит.

Люциус приподнял уголок губ в вежливой улыбке и доверительно поведал, что наличие в объяснительной факта появления на свободе Беллатрикс Лестрейндж, живой и физически здоровой, заставит министра немедленно забыть о любой чуши. Дамблдор думал долго. Наконец, мрачно покосившись на Малфоя поверх очков половинок, опять взялся за перо. Дальнейшее повествование о том, что в азарте погони учащиеся не заметили, как удалились от школы, проходило без пауз. Затем слово дали Гарри. Он, как и рекомендовали отцы Сайфа, не вдаваясь в излишние подробности, рассказал, что в темноте оторвался от остальной компании и встретился с Тонкс. Здесь Гарри запнулся, но все же промолчал о прежних домогательствах Тонкс. Свидетелей-то все равно нет.

Описание героического поступка профессора Снейпа заняло всего одно предложение. Гарри понял, что Снейп обиделся на такое явное пренебрежение. Драко возмутился и оскорбленным тоном рассказал, как декан прикрыл их не только от чокнутой женщины, но и от оборотня. Дальше вступил Блейз. Он, вереща от волнения и глотая целые слоги, рассказал, как из темноты выскочил испуганный Клювик и снес оборотня с ног. А потом и прогнал. А они остались защищать профессора.

Записку несколько раз правили, убирая лишнее и добавляя необходимое. Гарри понимал, что мистер Малфой всячески отвлекает внимание от пропажи Тонкс. Но что заставило пойти на компромисс директора, понять не мог. Неужели только страх перед служебным расследованием? Как бы то ни было, пропажу Тонкс не обнародовали. И даже не стали уточнять - ушла ли она с Лестрейндж или была съедена оборотнем. Вышла погулять и не вернулась.

Напоследок, отослав докладную камином, Дамблдор взялся за них. Но первую же тираду о недопустимости их поступка прервал лорд Малфой. Он небрежным жестом извлек массивные карманные часы, взглянул на них и неодобрительно поцокал языком:

– Почти восемь. Дети после бессонной ночи, голодны и испуганы. Назначьте им наказание, и разойдемся. Они и без того прониклись.

Вот тут их и выставили за дверь. Завтракать. Поев, они остались в Большом зале. Драко сказал, что папа обязательно еще поговорит с ними. Вышло так и даже больше. Люциус почти улыбался. Судя по всему, он опять обыграл Дамблдора.