– Все - это что?
– наглого тона не получилось. Гарри только что заметил, что одет лишь в ночную рубашку и смутился.

Дамблдор поджал губы. Судя по его виду, Гарри должен был уже судорожно вспоминать историю возникновения мира.

– Мальчик мой, расскажи, что с тобой случилось?

В Гарри внезапно взыграла стервозность звезды экрана, которой не предоставили клубники нужного оттенка.

– Кто-то бросил мое имя в кубок Турнира, а кто-то даже не спросил, хочу ли я участвовать! И я помню только, как вошел в лабиринт!

Дамблдор величественно огладил бороду. Кажется, он не верил. Вернее, не хотел верить. Гарри молча ждал. Сириус у двери и мистер Малфой за его спиной гарантировали его безопасность, так что можно и покапризничать. Дамблдор скупо улыбнулся, чуть разводя руки и принимая вид истинной невинности, отягощенной долгом.

– Гарри, мне бы хотелось проверить твои слова. Ты что-нибудь знаешь о науке проникновения в разум?

Гарри знал и сохранил об этом не очень приятные воспоминания. Но тогда в его голове копался Сириус, а теперь его просят впустить совершенно неприятного человека.

– Мой отказ как-то повлияет?

– Боюсь, что нет, мой мальчик, - Дамблдор изобразил скорбь и понимание. Гарри с отчаянием повернулся к Сириусу. Крестный понял его безмолвную просьбу и тут же присел на кровать.

– Все в порядке. Я возьму тебя за руку, и если ты решишь, что профессор переступает границы дозволенного, то сожми пальцы. И не сопротивляйся вторжению. Ты же понимаешь, что это необходимость?

Гарри обреченно кивнул, вцепился в руку Сириуса, как в последнюю надежду, и повернулся к Дамблдору. Тот без предупреждения ворвался в разум, бульдозером вламываясь в воспоминания. Гарри едва успел вспомнить колючие кусты и сделал первый шаг. Пользоваться помощью Сириуса не пришлось, Дамблдор сам удалился из разума Гарри.

– Никаких воспоминаний, - задумчиво пробормотал он.
– Абсолютная пустота. Что же случилось?

– Дети склонны забывать кошмары, - небрежно заметил Сириус, протягивая Гарри стакан воды.
– Своеобразная защита психики.

– Или Обливиэйт, - так же небрежно бросил в пространство Дамблдор.

Сириус побагровел. От возмущения он даже плямкнул.

– Уж не намекаете ли вы?..

– Что ты, мой мальчик! Как я могу даже предполагать такое!
– Дамблдор примиряющее улыбнулся.
– А где твоя палочка, Гарри?

Гарри пошарил под подушкой и растерянно посмотрел на Сириуса. Тот скосил глаза в сторону тумбочки, где пропажа и обнаружилась. Гарри молча подал ее директору. Тот быстро наложил на нее Приори Инкантато и недовольно просмотрел небогатый спектр школьных заклинаний.

– Из условно боевых только Ступефай, - излишне весело сообщил он остальным, как будто кроме него никто ничего не понимал.
– Ну хорошо, Гарри, сегодня ты еще можешь посидеть дома, но завтра в школу, - он добродушно погрозил Гарри пальцем.

– Нет, директор, - вошедший в комнату Люциус веско помахал кипой бумаг.
– Как глава Опекунского Совета с прискорбием сообщаю, что до выяснения всех обстоятельств финального этапа Тримагического Турнира учебный процесс приостанавливается, а ученики отправляются по домам.

– На каком основании?
– Дамблдор негодующе выпрямился, сверкнув глазами.

– На вот этом, - Люциус, старательно скрывая победоносное выражение на лице, швырнул всю кипу бумаг на постель Гарри.
– Здесь несколько больше, чем две дюжины прошений от родителей чистокровных учеников. Они требуют вернуть их детей. Немедленно. Приказ об эвакуации я уже направил в Хогвартс. Копию министру и копию в редакцию «Пророка», - Люциус сладко улыбнулся. Гарри понял, что сейчас он ударит.
– Пожалуй, я отправлюсь в школу вместе с вами, дабы проследить за выполнением приказа и забрать вот этих учеников, - он протянул Дамблдору лист пергамента.

Дамблдор неохотно поднялся с края кровати Гарри. Его выставляли, и он не мог ничего сделать. Оставалось принять поражение с честью.

– Да, лорд Малфой, мне действительно пора.

Гарри вежливо попрощался с пожелавшим ему приятных каникул директором, согласился, что он проиграл Турнир и подписал отказ от претензий на приз. После ухода Люциуса и Дамблдора он уставился на Сириуса,

– А что произошло? Я ничего не помню!
– Паника понимания привнесла в голос визгливых ноток и слезливого дрожания.

– Стоп, - Сириус выставил вперед ладонь.
– Не орать и не плакать. Мы подтерли тебе память, но сейчас ты все вспомнишь. Суровая необходимость.

– В связи с любовью милого старичка рыться в мозгах, - мрачно добавил Рабастан.
– Пошли, ма-а-альчик мой, память возвращать будем, а вернувши, пытать.

Гарри вылез из кровати и сдернул со стула мантию участника Турнира. Мятая, вся в подозрительных пятнах, вдобавок еще и воняющая - Гарри подергал носом, изображая брезгливость, и швырнул ее на пол. О пол она ударилась с глухим металлическим звуком.