Они ехали довольно долго, и Гарри успел заснуть. В себя он пришёл, когда сумерки стали непроглядной темнотой. Но машина всё ещё катилась где-то во мраке. Гаррина голова лежала на коленях Снэйпа. Одной рукой учитель придерживал его за плечо, чтобы Гарри не свалился на пол где-нибудь на ухабе. Трясло сильно. Видимо, они ехали по просёлочной дороге. Лежать было удобно, и Гарри не торопился открывать глаза. Ему никогда не приходилось просыпаться вот так - чтобы кто-то держал его голову на своих коленях, охраняя его сон. К тому же от Снэйпа хорошо пахло. Годы занятий алхимией не прошли для Гарри даром, (как бы Снэйп на эту тему не язвил!) и он смог узнать запахи полыни, мяты и сандалового масла. Был ещё какой-то запах. Тонкий, горький, горше полыни, но тоже приятный. Интересно, что это? Одеколон? Гарри не удержался и втянул носом воздух.

– Выспались, Поттер?
– холодно спросил Снэйп.

– Да, спасибо, - с сожалением отозвался Гарри, вынужденный слезть со своего удобного ложа.

– Мистер. Кажется, приехали, - неуверенно сказал водитель, боясь обернуться.

– Чудесно. Остановите у поваленного дерева, - откликнулся Снэйп.

Водитель скользнул взглядом по Гарриному лицу, и Гарри понял, что таксист боится его не меньше, чем Снэйпа. Вероятно, то, что Гарри так безмятежно спал на коленях у своего жуткого спутника, водителю показалось нехорошим знаком.

За окнами было темно, хоть глаз коли. Куда они приехали? Это на самом деле лес?

Снэйп достал и открыл бумажник.

– Сколько с нас?

Водитель назвал сумму, и Гарри, не сдержавшись, указал на нужную купюру, зная, как трудно колдунам разбираться с маггловскими деньгами.

– Благодарю, Поттер, но по маггловедению у меня всегда был самый высокий балл в классе, - Снэйп протянул таксисту бумажку и холодно сказал: - Сдачу оставьте себе.

Таксист, заикаясь, пробормотал «Спасибо», нажал на газ, и машина скрылась за деревьями со скоростью, больше подобающей кораблю космических авантюристов.

– А куда теперь?
– спросил Гарри робко. Снэйп держал его за локоть, но даже несмотря на то, что они стояли совсем близко, Гарри не видел преподавателя.

– Прямо, - отозвался Снэйп и потащил спотыкающегося юношу за собой. В самые заросли.

Деревья и кусты росли чем дальше, тем гуще. Было темно, но Снэйп каким-то непостижимым образом знал, куда идти. Гарри очень надеялся, что идти не долго, потому что сил у него уже почти не осталось. Наверное, надо было сказать об этом Снэйпу, но проклятая гриффиндорская гордость не позволяла. Откуда вообще каждый раз вылезает эта самая гордость? Стоило лишь надеть брюки и начать видеть, как она тут как тут...

– Ой!

Отпущенная Снэйпом ветка чувствительно хлестнула Гарри по лицу, и юноша резко остановился, прижимая ладонь к горящей щеке.

– В чём дело?

Гарри чувствовал, что колени подгибаются и что если он сделает хоть шаг, то упадёт замертво, но не смог сказать об этом. Почему Снэйп не спросит сам? Неужели непонятно?

– Давайте передохнём, - пробормотал Гарри.

– Мы уже почти пришли.

Скажи ему. Просто скажи это!

– Я-больше-не-могу-идти, - выдохнул Гарри. Он был почти уверен, что Снэйп сейчас скажет, чтобы он тут и ночевал. Но учитель не сказал ничего. Гарри с каким-то странным замиранием сердца ощутил, как Снэйп подошёл к нему вплотную. И не успел Гарри понять, что сейчас случится, как его легко подхватили на руки и понесли вперёд в кромешной темноте.

Это было потрясающе. Почему Гарри всегда казалось, что беспомощность отвратительна? Почему он считал, что это страшно - когда ты полностью в чьей-то власти? Почему всегда думал, что это стыдно, когда ты не можешь идти, и тебя несут на руках? Боже. Это было как во сне. Или как в бреду. Безумие. Кто бы это не был. Но это был мужчина. «Гарри, МУЖЧИНА! И плевать. Мне наплевать». И он обхватил Снэйпа за шею.

– Расслабьтесь, Поттер, я вас не уроню, - ядовито отреагировал Снэйп на это движение.

Гарри перевёл дыхание. Слава Богу. Не очень злится.

– Мы на месте.

Гарри с сожалением почувствовал, как его ставят на ноги. Ну, ладно. Пришли - так пришли. Что же делать. И тут у него так резко закружилась голова, что Гарри застонал, как от боли.

– Всё нормально, Поттер. Действие капель прекратилось.

– А как же я теперь?
– чуть слышно прошептал Гарри. Состояние было такое, будто в голове всё съехало со своих мест и теперь болталось само по себе - не при деле.

– Мы пришли, вам это больше не нужно. Как вы?

– Ещё кружится, - простонал Гарри, понимая, что сейчас сверзится в обморок.

– Ну, обопритесь на меня, - раздражённо буркнул Снэйп.
– Это сейчас пройдёт.

Обопритесь - это значит обнимите. Гарри обхватил преподавателя за шею и закрыл глаза. Дурнота постепенно отступала. Но как же не хотелось его отпускать... «Гарри, ты обезумел...»

– Всё?
– грозно спросил Снэйп.

– Да, - с сожалением ответил Гарри. Может быть, это, конечно и дико, но никого приятнее Снэйпа он в своей жизни не обнимал.